Золото для Дракона

Как и то, что вообще виной происходящему безумию – моя глупость и слабость перед его напором, знаменитая драконья слюна, от которой любая одуреет, или все в комплексе.

Важно то, что мне хорошо. Так хорошо, как никогда раньше не было. Пожалуй, кроме тех трех дней у него в пещере.

– Золото, мое золото… – он рычит, кусает мою шею, обновляя свои следы, – сла-а-адкая…

И я радостно и с готовностью вторю ему своим стоном.

– Прошу прощения, господин Ассандр…

Голос привратника заставляет нас замереть.

Дракон с рычанием отрывается от моей шеи, оскаливается на полупрозрачную фигуру, невозмутимо парящую в паре метров от нас:

– Что?

– Вас требует к себе ректор Гронних.

– Буду через пять минут.

Привратник сухо кивает и исчезает. И вот интересно, почудился ли его укоризненный взгляд, направленный на меня? Скорее всего, нет.

Я, все еще находясь в дурманном состоянии, уже понемногу начинаю осознавать произошедшее. И основная, самая ужасная мысль – теперь про мою порушенную добродетель узнают в Академии.

И где я после этого окажусь? Хорошо, если дадут возможность тихо жить под присмотром родственников (вот папаша-то обрадуется). А, скорее всего, как опасную особь, не умеющую контролировать свои порывы (и, как выясняется, не только магические, спасибо тебе, дурная наследственность бабки Катаржины), меня просто упекут в маленькую комнату где-нибудь в доме призрения, и будут извлекать только в минуты необходимости. Может, и учить даже будут…

В любом случае, здесь я не останусь.

Потому что это позор какой, ужасный позор! Связь студентки с… А кто здесь мой дракон, кстати? Какую должность имеет?

И почему это должно меня занимать?

– Никуда не уходи, золото, – дракон внимательно изучает мое выражение лица, вдыхает мой запах и с видимой неохотой отпускает на землю.

Я прислоняюсь к зеленой стене, не в силах сдержать дрожь в ногах.

Понимаю, что все еще основательно не в себе.

И приказ дракона не помогает.

– У меня занятие…

– Какое еще занятие? – раздраженно рычит он, – ты искала меня, нашла.

Радуйся. И жди здесь. Я вернусь. И заберу тебя.

– Ку-куда?

– К себе в дом, естественно. Ты же моя.

Он говорит это так равнодушно и спокойно, что мне становится страшно. Иррационально страшно.

Настолько, что даже дурман драконий сходит на нет.

То есть… Как это? Как это я – его?

Да с чего это вдруг?

– Почему это?

Голос свой я не узнаю, настолько он хриплый и испуганный.