Последний Мост

***

Ладаим выругался так, что проходившие неподалёку дамы бросили на него полный презрения взгляд. Всю дорогу до Купеческого подворья он избегал больших луж на улицах Басселя, но не углядел и наступил прямо в холодный ручей дождевой воды. Высокие кожаные сапоги, выигранные им годом ранее у азартного торгаша, не промокли, но вмиг потеряли весь лоск.

Крысолов решил проникнуть в Подворье законным путём, но для этого надо было выглядеть подобающе. Облачившись в свою лучшую мантию цвета нежного летнего неба, он направился прямиком на север города.

Купеческое подворье было обнесено забором в человеческий рост, а у единственных ворот дежурило с полдюжины стражников. Ладаим пригладил свои едва успевшие отрасти волосы и уверенной походкой приблизился к часовым.

– Хода нет, – безразлично бросил их командир, высокий иноземец с пышной русой бородой.

«Наёмники, – подумал Ладаим. – Вот так наши купцы доверяют городской страже».

– Просто гуляю, – отозвался он вслух. – Погода чудесная.

– Дождь, – всё так же без эмоций заметил стражник.

– А вы… Наблюдательны, – Ладаим смёл капли с подола дорогой накидки. – Что же, спокойной службы.

Крысолов даже и не надеялся пробраться внутрь через главные ворота. Купцов всегда хорошо охраняли, но было у Подворья и слабое место: дворик, куда лучшие торговцы к осени свозили отменные товары со всего света, раскинулся прямо у заднего фасада.

Ладаим неспешно обошёл причудливую кованую ограду, за которой оранжевым пламенем осени горел Купеческий сад, и вскоре оказался на самом дорогом рынке Басселя.

Здесь, прямо под окнами подворья, гости из Тивалии, Анора и Нодемара выставили свои лучшие товары. В Купеческом дворике почти не было зазывал: все гости и так знали, чего хотят.

– Я вижу, вам кое-что приглянулось, – ласково произнёс невысокий и смуглолицый, как сам Ладаим, торговец.

– Красивый кинжал, – одобрил Крысолов. Его внимание зацепил широкий прилавок с прекрасными клинками с Юга.

– Кинжал? – купец удивлённо нахмурил лоб.

 – Это, мой друг – настоящий тивалийский кеттон, созданный для прекрасной, похожей на искусство, войны. Не то, что эти жалкие грубые ножики, которыми вас так и норовят пырнуть в здешних подворотнях. Но кому я рассказываю? Вижу, вы из наших краёв. Сами всё знаете.

– Тивалиец? – уточнил Ладаим, слегка улыбнувшись.

– Именно, друг мой. Поэтому знаю, что предлагаю. Этот кеттон сделан в мастерской моего хорошего друга.