Последний Мост

 – Не хочешь со мной говорить?

– Да вы явно не в себе, господин. Вам бы отвара покрепче, да выслушать меня по-человечески.

– Будет тебе отвар, гнида. Не хочешь со мной говорить, поговоришь с моим сыном. Он не заметил, как Лейна ушла вчера, а теперь рвёт и мечет. Хочет, говорит, освежевать мразь, что позарилась на сестру. Позвать? Он недалеко.

– Обойдёмся без насилия.

– А это мне решать.

С резвостью, достойной бравого солдата, Броспего вскочил на ноги. Ладаим едва успел заметить, как вздымается тяжёлый кулак с парой золотых перстней, и острая боль пронзила его скулу.

Он уже чувствовал, как наливается добротный синяк под левым глазом. Наёмники рванулись было на помощь, но купец жестом остановил их. Одной рукой он ухватил Ладаима за горло, а второй потянулся к застрявшему в столе кинжалу.

– Припоминаешь теперь? – прошипел Броспего. – Говори теперь, пока я тебе глаз не вырезал.

– Не трогал я вашу дочь.

– Подождите за дверью, – Касилиам на мгновение повернулся к своей страже и что-то прокричал на странном, шипящем языке.

Наёмники лишь удивлённо отвесили губы и покинули кабинет. Броспего вновь запер дверь и протёр лоб шёлковым платком.

– Давай начистоту, – его тон вдруг стал гораздо спокойнее. – Кто ты такой? Вижу, что тивалиец или нимлатарец. Но явно не торговец, раз про оливки не знал. Наёмник? Бронзовый Змей? Хотя нет, говор не из тех мест. Живёшь, значит, где-то здесь. Подожди-ка. Всё-таки – Лис?

– Я похож на лису? Вроде не рыжий даже…

– Хватит уже, – Броспего брезгливо отмахнулся.

 – Но вы же никогда не попадаетесь. Живыми, во всяком случае. Кранц сказал, что вы или глотаете яд, или с обрыва сигаете, или просто режете себе шею, ведь так? Нельзя вам попадаться.

– О чём вы? – Ладаим чувствовал, что уже никогда не переубедит купца, но и признаваться было нельзя.

– Ладно, можешь не говорить, понимаю. Кодекс там у вас или ещё что.

Крысолов раскрыл бы рот от удивления, но опухающая щека крепко держала его челюсть в ноющих тисках.

Всего минуту назад Броспего грозил вскрыть ему горло, а теперь лишь озадаченно качал головой, словно разочарованный отец, чей сын заделал ребёнка с девкой из соседней деревни.

– Плевать мне, откуда ты, – продолжил Касилиам, растирая покрасневший кулак. – Скажи только, где дочь моя и сколько за неё попросишь. И не продешеви. Я правду сказал, что всё готов отдать.

Ладаим лишь устало взглянул на огорчённого купца, но тот всё понял и без слов.