Психушка

– Расскажи, как она в постели.

– Кто?

– Ну, медсестра твоя.

– Говорю ж тебе, не было у меня с ней ничего, кроме показательных поцелуев, чтобы Алису и ее мужа позлить.

– Вот кого не люблю, так это тихушников. Мы тебя, на ночь глядя, зачем на слободку везли?

– Я Ларисе хотел показать, что у меня постоянная девчонка есть.

– Ну, типа, что ты уже взрослый.

– Нет. Лариса со мной последнее время разговоры непонятные заводит о женщинах и любви.

– Это она тебя от Алисы отваживает.

После того, как у нас появилась эта красотка, Лариса в парикмахерскую уже три раза ездила, прически делала с завитушками, платье новое пошила нарядное. А ты ее старухой обозвал.

– Не говорил я такого, что ты несешь. И дома у Светки я не был. Она меня предупредила, что замуж хочет девушкой выйти, а не бабой потасканной, чтобы муж у нее первым был.

– Похвальное желание. А я думал, что ты себя для Алисы бережешь.

– А что мне беречь, если у меня еще по-настоящему женщины не было.

Светка сказала, что сделает для меня все после свадьбы, а в училище девчонкам ничего этого не надо. Целоваться с парнями любят, а как до дела дойдет, орать начинают на всю общагу.

– Тебя послушать, так ты последний девственник Казантипа. Люди, держите меня. Сейчас умру от смеха, – заржал шофер. – А вот я не стесняюсь своих похождений. Что было, то было. Моя жена всех моих баб знает, которые у меня до нее были.

– Костя, скажи, а зачем ей эта информация?

– Чтоб ценила сильней, раз другие любили, значит, настоящий мужик.

– А если своей будущей жене в день свадьбы своих прошлых баб не предъявил, то уже дефективный?

– Ну, вроде того, это же реклама, знак качества.

Пока водитель с санитаром говорили о медсестрах, врачах, и любви, колдун Иван прокручивал в голове разные варианты своего чудесного освобождения. Вначале он хотел выпрыгнуть из машины, но бегать по полям в тяжелом узбекском халате – занятие не самое лучшее.

Можно было взять в заложники Алису, но он побаивался санитара, который вначале бьет, а потом думает. Да и КГБешники в стороне не останутся, всех на уши поставят. Оставалась только Алиса, которая слушала колдуна, раскрыв рот.

Вначале, чтобы убедить врача в своих чудодейственных возможностях, он небольшими порциями выдавал сокровенные тайны ее личной жизни. Женщина была поражена. Потом он перешел к Ларисе Ивановне.