Убить журналиста

Верни рукопись, и я забуду наш разговор. Сутки даю, но если ее завтра не будет на моем столе, то тобой займется милиция. За этот роман Маркус Крыми тебя по судам затаскает. До конца жизни не рассчитаешься, – сжимая кулаки, пошел на Кривулю Македонский.

– А никто судиться со мной из-за «Пятой колонны» не будет! – отскочив в сторону от директора, крикнул Кривуля.

– Это почему же? – остановился Македонский, собираясь врезать редактору в челюсть.

– Потому что Маркуса Крыми вычеркнули из списка живых. Он умер. Его больше нет на этом свете.

– С чего ты взял? – удивленно уставился на Кривулю Македонский.

– За ним сотня журналистов гоняется по всей Москве, и найти не может. «Желтая газета» отрядила на его поиски своих лучших репортеров, деньги пообещали тому, кто укажет место, где он прячется. И ничего.

– Так уж и миллионера, – недоверчиво посмотрел на Кривулю Македонский.

– Миллионера, потому что в договоре написано, что при тираже его книг от 50 тысяч и выше, автор получает 20 процентов от стоимости всего тиража. Вы же сами подписывали этот договор.

– Подписывал, потому что его книги выходили пятитысячным тиражом и потом месяцами в магазинах лежали. Вот и добавил я туда этот пункт, кто ж думал, что он станет таким популярным. Мне нужно было на десять лет привязать его к издательству. При малых тиражах он получал 1 процент от изданных книг натурой. Вот и приходилось ему писать по нескольку детективов в год, чтобы премию получить за перевыполнение плана, – пояснил Македонский.

– Так и я вам о том же говорю, Маркус Крыми живой никому не нужен, ни жене, ни издательству, – заговорщицки подмигнул Кривуля.

– Ты кому подмигиваешь!? – дико вращая глазами, заорал Македонский. – Рано хоронишь, он еще тебя переживет. И гонорар я выплачу Маркусу весь до копейки, потому что договор дороже денег.