Убить журналиста

– Губу раскатал, я тебе, что, «скорая помощь»? К жене иди, пусть ублажает, – а потом вдруг сменила тон. – Ты, может, расскажешь, что случилось. У тебя же лицо, как у настоящего китайца стало. Глазки узкие, заплывшие, а вокруг сплошной синяк. Если б я тебя ночью увидела, умерла со страху.

– Это долгая история, а у меня времени в обрез, – допив кофе, произнес Гарик. – Ты мне лучше скажи, как узнать, в какую больницу поступили мужики с переломом ключицы.

– Мужики? Их, что, несколько было?

– Трое.

Гастарбайтеры с Окраины. У каждого перелом ключицы.

– Узнать можно, а зачем они тебе?

– Они у меня рюкзак с вещами одолжили, а он мне дорог, как память. Воспоминания навевает. А еще там фотографии мои были.

– Сейчас узнаю в справочной. Странный ты сегодня какой-то, – удивленно посмотрела на Гарика Гелла.

– А ты, что, и вправду ничего не знаешь?

– Нет.

– Телевизор включи, там мою жену по всем каналам с утра показывают.

Телезвездой стала.

Разговор об убийстве

Пастор Трупчинов поймал Кривулю недалеко от издательства у входа в дежурный гастроном.

—Чего волну поднял? – вместо приветствия, спросил он. – Мне братья по разуму звонили из посольства. Говорят, помочь надо творческой интеллигенции.

– У Македонского совсем крышу сорвало. Он «Пятую колонну» опубликовать хочет стотысячным тиражом.

– Мало ли кто и чего хочет. Я, например, английскую королеву хочу! – сообщил Трупчинов.

– Так она же старая, – удивился Кривуля. – Что ты с ней делать будешь?

– Старая, молодая, я для примера сказал, а ты с ходу в сутенеры ломанулся. Кончишь плохо, Кривуля, – пригрозил Трупчинов. – Я когда к власти приду, всех примазавшихся вешать буду. Толку от вас, что сегодня, что в будущем…

– Я не о политике говорил с вами, а о Македонском, – напомнил Кривуля.

– А что о нем говорить? Рукопись у нас, что он издавать будет? Раньше надо было булками двигать.

Видел я таких спортсменов. Ты если идейный – вперед иди буром на всех, а если примкнувший, который и нашим и вашим, заткнись и сопи в тряпочку!

– Я ему то же самое объяснял, а он орден получить вознамерился «За мужество». Говорит, вот книгу издам, и мне сам президент в Колонном зале повесит награду на пиджак.

– Так и сказал про орден?

– Вот, крест тебе, с места не сойти, – быстро перекрестился Кривуля.