Убийство на Казантипе

Супружеский долг

После отъезда водителя Казимир распаковал чемоданы, а Ядвига на кухне приготовила ужин.

– Садись за стол, – сказала она.

– А ты?

– Я вечером не кушаю, чтобы не растолстеть и не стать коровой, – возмутилась Ядвига. – Тебе сколько раз об этом повторять?!

– Это я так, чтобы ты сама не забывала, а домик Зиновий неплохой снял. Мебель из магазина, кресло удобное, торшер работает. Прошлый раз я жил в спартанских условиях, – проговорил Казимир.

– Скажи мне спасибо! Это я там, в Варшаве, выбила для нас жилье первой категории, – похвастала Ядвига.

Она присела на кровать, потом попрыгала на ней, сидя, после чего легла на спину, стала прыгать на ней лежа. – Пружины хорошие, качает, как на батуте. Казимир, иди сюда, кровать будем испытывать на прочность.

– Я устал сильно, сама испытай, – заныл Казимир.

– Что значит, сама испытай!? – закричала Ядвига, выскакивая на кухню. Там она схватила мужа за галстук и потащила в спальню. – Что значит сама!? Сама – это когда я одна и без мужа, а сегодня у меня есть законный партнер для испытания кровати.

Ядвига стала быстро срывать с него одежду. Руки ее дрожали от нетерпения, а глаза горели дьявольским огнем. Казимир не сопротивлялся, но и не помогал жене.

«Ведьма! Натуральная ведьма! Даже нос покраснел, – подумал он. – Угораздило же меня взять такую бабу в жены».

– Я слышала на ток-шоу, как одна аборигенка сказала, что в СССР секса нет, а у нас он сейчас будет. Настоящий секс, европейский! А то сама, испытай! Вот я сейчас тебя как испытаю, до утра не заснешь, летчик испытатель!

Приступ ревности

Муж Алисы Владимир Ковалев, тридцатилетний инженер, появился у ворот больницы за полчаса до окончания рабочего дня.

На нем был строгий черный костюм, галстук и югославские очки. Он ходил вокруг диспансера и нервно курил, но зайти внутрь так и не рискнул. А еще он внимательно присматривался к выходящим из ворот мужчинам.

Наконец, появилась Алиса, уставшая и нервная. Подойдя к мужу, она улыбнулась и взяла его за руку.

– Ты чего так рано? – спросила Алиса. – И что это за сигареты, мы же договаривались, что ты бросаешь курить.

– Я все знаю, мне позвонили, – быстро заговорил Ковалев. – Увольняйся немедленно. Эта работа не для тебя, я умоляю. Женщины не могут работать с сумасшедшими. Эта работа для мужиков.

– В этой больнице из ста сотрудников – один мужчина, – устало отмахнулась Алиса.

– И этот мужчина – санитар. Студент, пацан! – закричал Владимир.