Убийство на Казантипе

Но главным аргументом в медицинском споре стали не симптомы болезни и предсказания, а список любовников Ларисы Ивановны, в котором десятым номером проходил санитар психбольницы Гарри Барский.

– Вы мне тут лишних любовников приписали, с малолетками я не сплю принципиально, но в принципе я согласна. Мы с вами должны блюсти моральные принципы строителя коммунизма. Вы же ко мне из светлого прошлого пришли. Поэтому сделаем так, я после обеда отправлю колдуна Ивана в республиканскую больницу на ВКК и попрошу своих коллег принять правильное решение.

А уж как они его будут лечить и где, – это не моя проблема.

– Направление кто напишет? – уточнил Мухин.

– Я напишу. А за это вы дополните мой список молодым, красивым и неутомимым, чтобы его на всю ночь хватало, а не на пять минут по воскресениям.

– Мы поищем, – расплылся в улыбке подполковник.

– Я пошутила. Мне еще ваших жеребцов не хватало в постели. А вот про пятиугольники я раньше не слышала. Молодцы мужики. Это ж надо такое придумать. Женами поменялись.

– Тут ведь дело не в том, что народ у нас плохой, дело в том, что чужая баба всегда лучше своей кажется, – перешел на шепот Мухин. – Ну, поменялись мужья женами, а результат оказался тот же.

– Почему же, женщины-то в выигрыше были с дополнительными ласками.

– Не оценили, Лариса Ивановна. Это же надо такое кадило раздуть на пустом месте с мордобоем. До самого Сергеева дошло. Он и дал команду закрыть тему. Теперь этим бабам ни разнообразия, ни дополнительной любви. Будут довольствоваться тем, кто в паспорт вписан для постоянного использования.

Телефонный разговор

После того, как кабинет главврача психбольницы покинули Мухин и его помощник, Лариса Ивановна набрала телефон сотрудника службы безопасности Окраины.

– Лоскутов слушает.

– Орест Геннадиевич, Лариса Ивановна беспокоит. Тут меня с утра бывший наш куратор насиловал.

– Мухин, что ли? – уточнил Лоскутов.

– Он самый.

– И чего он хотел?

– Притащил колдуна Ивана на прием.

Говорил, что по просьбе самого Сергеева. Просил закрыть его на некоторое время в Краснолиманской психбольнице. Я отправляю колдуна на ВКК, но перед тем, как звонить коллегам, хотела бы узнать, правильно ли мы поступаем?

– Первое. Колдун гнилой и мутный мошенник. Его мнимая смерть и прочие подвиги – ничем не подтвержденное вранье. Насколько мне известно, этому колдуну стали известны подробности любовных похождений одного из заместителей председателя горисполкома.