Двое из Смерша. Фантастический роман

Со мной этот номер не пройдет! Меня Кашпировский пытался загипнотизировать. Не получилось! – возмутился мужчина.

– Гипноз – это страшная сила! Я однажды в армии караул разоружил на военном аэродроме. Скандал был знатный. Вначале никто не верил, что это возможно, а потом посадить хотели за подрыв оборонных способностей государства. А уж, что они несли о моем учителе Мессинге, ни словами сказать, ни пером описать.

– Что ты мне зубы заговариваешь, гипнотизер-самоучка? Меня гипноз не берет.

– А вот сейчас ты ошибся.

Не было никого гипноза. Мы с тобой просто пьем кофе. Можешь, сделать глоток из любой чашки? Здесь хоть и волшебное место, но травить тебя я не буду, потому что ты очень нужен России.

– Я и не думал об этом. Кому в голову придёт убивать сына юриста, который еще не занял никаких постов и не создал свою партию? И главное, за что?

– За то, что ты первый! А миром правят вечно вторые, а то и третьи! Бери власть в свои руки и не дай предателям развалить великую страну.

Сын юриста, не поверил ни одному слову предсказателя. Но от кофе не отказался.

– Настоящий бразильский, у нас дома такой был, – сделав глоток, сообщил он.

– Скажи, а сколько сейчас времени на твоих часах? – продолжил разговор Барский.

– Десять утра, – посмотрев на циферблат, сообщил сын юриста. – Только стрелки на часах почему-то замерли. Ты что, еще и время остановил?

– Человек не в силах остановить время. Оно живет своей жизнью.

Но ты можешь остановить часы или изменить движение стрелок. А еще, ты должен запомнить дату. Сегодня, 31 марта 1987 года. Мой День рождения, а на часах десять утра.

– Поздравляю! Сын портного, ты специально такой день подобрал для знакомства?

– Его величество случай. Через сто лет потомки напишут, что в этот день сын портного пил настоящий бразильский кофе с сыном юриста на Патриарших прудах. И если кто-нибудь тебя спросит, об этом, скажи правду, что так оно и было! А теперь, я буду считать до трех.

На счет «три» ты откроешь глаза и окажешься в квартире великого русского поэта Александра Сергеевича Пушкина на Арбате, в Москве.

Через минуту сын юриста переместился на Арбат, в дом, где жил когда-то Пушкин. В комнате находилось пять мужчин и одна женщина. Но среди них не было ни Анатолия Кашпировского, ни Вольфа Мессинга, ни того, кто называл себя «сыном портного».

«Присниться же такое?– подумал сын юриста.