Идущий в тени 3

Глоролх налил две тарелки супа, чем-то похожего на уху, только с другими составляющими, одну тарелку взял себе, вторую поставил передо мной и принялся есть. Всё это он сделал в полной тишине, не проронив ни единого слова. Я поступил так же, мало ли какие обычаи у этого народа, может я скажу слово за столом, а это всё равно что плевок в лицо хозяина дома.

После того, как мы поели, Глоролх собрал тарелки, отнёс в кухонный закуток и жестом пригласил за собой. Привёл он меня в комнату, где из мебели была лишь одна каменная кровать, и, жестом указав на неё, удалился.

Долго мучиться вопросами на тему его поведения я не стал, – бесполезно это – гадать, не имея информации, – поэтому лёг, усилием воли очистил голову и заснул. Завтра расставит все точки над "i", пока же стоит просто отдохнуть.

Глава 2.

Встал, а точнее, вскочил я в полпятого утра и на автомате перетёк в боевую стойку, чем сильно испугал разбудившую меня девочку, стоящую у порога. Убрав клинки на место, я присел на колено:

– Извини, я не хотел тебя пугать, сон страшный снился, вот я и вскочил.

Ободряюще ей улыбнулся и оглядел. Выглядела она лет на двенадцать, хотя не знаю, насколько точно можно судить возраст этой расы по моим, человеческим меркам. Та же серая кожа, волосы костяные, но, в отличие от мужских, они зачёсаны назад, а не стоят гребнями. Из одежды всё та же тога, девочка переминается с ноги на ногу и теребит в руках костяную куклу. Глаза фиалкового цвета широко раскрыты, она открыла рот, закрыла, затем, глубоко вздохнув, затараторила:

– Мы пришли из гостей, а папка сказал, что гость дома и что он другой, не как мы.

Папка запретил ходить, но мне было интересно, и я тихонько пошла, я тихо хожу, а ты как вскочишь, и я испугалась. Ты не сердишься?! А ты и правда не такой, как мы. Кто ты? Я Лила!

Вот это тараторка! Выпалить такую фразищу на одном вздохе. Ещё раз ей улыбнулся и постарался ответить максимально чётко.

– Не переживай, не сержусь. Я человек, так называется наша раса, зовут меня Мираж.

Очень приятно с тобой познакомиться.

К концу моего диалога поднялся Глоролх, он оглядел комнату, его взгляд задержался на мне, после остановился на дочери:

– Лила! За непослушание ты будешь наказана! Живо в комнату!

Девочка понуро опустила голову и побрела к себе, за спиной отца она обернулась. Уже вставая, я ободряюще подмигнул ей, и та, улыбнувшись, побежала уже не так грустно. Глоролх заметил это, но виду не подал.