Хранитель ключа. Предостережение! Сборник историй

Мужчина поблагодарил и отошёл.

С дивана в углу поднялась высокая крупная фигура в синем спортивном костюме и энергично помахала рукой. Его ждали.

– Добрый вечер! – сухо поприветствовал мужчина здоровяка и присел на краешек диванчика. – Ну вот, собственно, и к делу. Мы знаем, чего вы хотите, и всячески готовы вам помочь. Но нам нужна гарантия оплаты, – тихо произнёс он.

– Оплата будет, – здоровяк демонстративно постучал пальцем по кольцу с микрочипом. – Там будет тысяч пятьсот, пятьсот пятьдесят, наверное, – заверил он.

Собеседник словно смутился.

– Нам бы желательно точно знать. Дело, знаете, деликатное, не хотелось бы потом расстраиваться, – с этими словами он достал небольшой чёрный прибор с экраном.

– Приложите колечко, пожалуйста! – мягко, с безоговорочным намерением сказал мужчина. Здоровяк повиновался.

– А точно всё получится? – спросил он. – А то ведь без кольца меня арестуют, я ведь только умереть хочу, а не киркой махать в рудниках.

– Спасибо, – довольно поблагодарил мужчина глядя в прибор.

 – Сумма подходящая, так что вы, любезный, даже не сомневайтесь. Всё будет в лучшем виде. Даже глазом моргнуть не успеете.

– Хорошо бы, – довольно воскликнул здоровяк. – А как вы будете это делать? – спросил он. – Ну, просто любопытно.

– Понимаю, – ответил спокойно тот, убирая прибор. – Но вам лучше бы не знать во избежание каких-либо недоразумений.

Здоровяк задумчиво поджал губы.

– Верно. Согласен. Хотя, конечно, любопытно. Знаете, за столько лет впервые что-то стало интересным.

– А сколько вам? – поднял глаза торговец смертью.

– Где-то десять тысяч семьсот пятнадцать лет. Из них десять тысяч пятьсот я на гонках. Я ведь делать ничего больше не умею, но и гонять больше не могу, всё, надоело. Вот где у меня эти гонки, – здоровяк чиркнул пальцем по горлу.

– Интересно, – откликнулся собеседник.

Здоровяк продолжил.

– Сколько раз меня чинили и штопали… не счесть. Во мне своего, пожалуй, ничего не осталось. Но что самое страшное – это пустая надежда каждый день, когда ложишься вечером спать, и полная безысходность, с которой просыпаешься каждое утро.

Я ненавижу этот гуманизм и то, во что он превратился. По мне – не нравится жизнь, смени. А так сплошное мучение, прижизненный ад, – он возмущённо хлопнул ладошами по коленям.

– Хорошо, мы поможем вам, – заверил утомлённый откровениями мужчина и поднялся. – Позже вы получите инструкции, а сейчас позвольте откланяться.