Слепые чувства

– Случайностью? Ты действительно так думаешь? Хорошо, тогда скажи, зачем был нужен весь этот цирк? На кой чёрт тебе понадобилось тело смертного? Чего ты хотел добиться? И зачем тебе понадобилось перемещать девчонку и ныне слепого пацана сюда? Ты ведь понимаешь, что этими действиями лишил себя всех сил, а получил ровным счётом ничего.

– Я знал, что делал. Всё это было одним хитрым планом и до сих пор всё шло по нему. Эти идиотские шахматы всё испортили.

– Хватит говорить со мной таким тоном! Так или иначе, твоим братьям надоело это представление.

Ты знатно повеселил их своими нелепыми попытками захватить землю, стать сильнее и прочее, но теперь всё кончено. Мы пришли, чтобы арестовать тебя и доставить в мир Старших Богов. Над тобой будет проведён показательный суд, на котором будет вынесен смертельный приговор. Так и умрет Азол-Такуш – самый глупый из Древних Богов.

Верховный инквизитор снял амулет со своей шеи и вытянул его вперёд, а его спутники, стоявшие за ним, сделали точно такой же жест, и из их рук полился свет.

Само пространство начало искривляться, древний бог вскочил со своего трона и мерзким криком бросился на инквизиторов, но это было уже бесполезно. Амулет начал медленно затягивать его словно в чёрную дыру. Боевой крик бога сменился на вопль отчаяния, который стих, когда красный камень, полностью поглотив Азол-Такуша, потемнел.

Верховный инквизитор надел амулет на свою шею, медленно подошёл к трону и сел на него.

– Дело сделано, – сказал он, обращаясь к своим спутниками, – можем возвращаться.

– К чему такая спешка? – сказал один из них, – Древние Боги бессмертные и могут немного подождать нас, а вот возможность снова посетить мир смертных выпадает ой как не часто. Я не был там с момента моего вознесения.

– Ты хочешь погулять среди низших существ?

– Я хочу развлечься. Ходят слухи, что людей расплодилось много. Очень много. Мне хочется проверить, так ли это и пустить целую реку из людской крови.

– Зрелище должно быть знатным, – воодушевился верховный инквизитор, – хорошо, но у меня есть одно условие.

Обещай, что позовёшь меня посмотреть на всё это.

– Разумеется, великий магистр.

– Брат, – сказал другой юноша, – ты что, совсем спятил? Мы с тобой сами когда-то были людьми. Эти несчастные, которых ты собираешься погубить, ничем не хуже нас с тобой.

– Мы больше не люди. Мы – это высшая форма жизни. Тем более, я ведь не собираюсь убивать ВСЕХ. Трех четвертей с головой хватит для моего плана.