Чёрный принц

И эта ноша показалась ему куда как тяжелее, чем когда закидываешь бочонок полный вина или мешок с рыбой за спину, работая в порту.

Слова, просто слова. Те, что по сотни раз на дню вылетают и выскакивают, выпрыгивают и улетают в пустоту, сказанные мимолётом или указывающие на какое-то действие, или просто высказанные себе под нос от нечего делать, могут обретать не только глубокий смысл. Но и иметь силу способную преобразовать физическую реальность, приобретая материальное воплощение в окружающем мире, и решить судьбу человека.

Если бы Сад-Ка-Гери потрудился в ту ночь опросить всех соседей, что проживали на улице рядом с домом рыбака, если бы он не торопился найти решение возникшей перед ним проблемы с присущей ему, как солдату прямотой и рьяным напором, а проявил чуть больше прозорливости и хитрости. Тогда история Парса, закончилась бы, так толком и не начавшись.

Соседские дети могли путаться и не знать точно, кто из двух братьев старший, а кто приёмный, серьёзный и высокий Парс, или хлипкий и маленький Фарс, но одно они знали наверняка, что в доме рыбака Формика-Амо живёт двое мальчишек.

И узнай это капитан до того как постучал в дверь дома где в это время засыпал Парс, то руки уже никогда бы не вернулись на прежнее место сироты. Да и сирота, скорее всего, отправился бы по реке смерти в далёкое и холодное подземное озеро Морги, где людские души парят над чёрной водой, не зная, чем им заняться, не имея тела.

Примерно такая дилемма предстала перед мальчиком, которого приютил добрый рыбак, разочаровавшийся в собственном сыне.

И в тот момент Парс не знал, знает ли Гери, а Гери не знал того, что знал Парс. Он только собрал всю волю в кулак, ожидая худшего, но надеясь на лучшее.

Мальчик выпрямился в полный рост, расправил плечи и приподнял подбородок, ибо именно так обычно выглядели люди говорившие правду, ну или уверенные в том, что говорят её, даже если и врали. Прежде чем сказать он ещё успел громко шмыгнуть носом. Чтобы ни одна капля, жидкого последствия плача, не вылетела наружу и не попала на отполированный панцирь стража.

– Мы с отцом живём вдвоём! – сухо и честно ответил он.

– Пусто, ничего здесь нет! – сквозь глубокий вдох, поспешил доложить командиру запыхавшийся страж.

Не обращая внимания на подчинённого, Гери медленно обвёл пустую комнату взглядом. Узкая печь, на которой отсыпался после ночной рыбалки Рыб-Ка, а ночью грел свою худую спину Фарс, не впечатлила его.