Другое счастье

– Хватит ворчать, поезжайте. Скоро стемнеет. Если вы не станете превышать допустимую скорость, нас никто не остановит.

Машина выехала по проселку из лесу и остановилась на перекрестке.

– Направо, – подсказала Хелен.

– Какие проблемы? – спросила Агата.

– Вы это о чем?

– Там, на крыльце, ты сказала: «У нас тоже есть проблемы».

– Вас это не касается.

– Совсем скоро ты высадишь меня на обочину, и мы больше не увидимся. Хочешь излить душу человеку, способному тебя выслушать, не осуждая, – валяй! Сейчас или никогда!

Хелен поколебалась, потом глубоко вздохнула.

– Вы правда с ним не переспали?

– Сказано тебе: нет! За кого ты меня принимаешь? Это оскорбительно, в конце концов!

– Вы сбежали из тюрьмы. Знаю, вы возразите, что либидо – как аппетит: чем меньше ешь, тем меньше хочется.

– С какой стати я буду говорить такие глупости? Что, с Максом все так плохо?

– Иногда бывает нелегко, вы необычные люди.

– Ошибаешься, мы были самыми обыкновенными: сыновья и дочери фермеров, рабочих, коммерсантов.

Студенты – этим все сказано. Ну, были среди нас детишки богачей, даже одна дочка сенатора, пусть покоится с миром. Просто то, что с нами творилось, выходило за рамки обыкновенного, а главное, среди нас были свихнутые, хотя были и нормальные. Как я поняла, большинство теперь стали добропорядочными гражданами – я о тех, кто выпутался, вроде Макса.

Хелен открыла бардачок, достала револьвер и положила его Агате на колени.

– У каждого свое понимание обыкновенного. Он попросил меня отдать вам это.

– Убери туда, где взяла, – потребовала Агата.

– Как вы с Максом познакомились? – спросила Хелен, забирая револьвер.

– Я хотела тебя спросить о том же, – парировала Агата. – Ну, слушай. В первый раз мы встретились на демонстрации, которую стала разгонять полиция. Максу ударом дубинки раздробили колено, он истекал кровью, полицейский собирался продолжить, и, если бы я не вмешалась, Максу была бы крышка. Я пнула полицейского изо всех сил, и он потерял равновесие.

И потащила Макса в боковую улочку. Та еще глупость: улочка оказалась тупиком. Если бы тот коп за нами побежал, нам обоим была бы крышка. Но в тот раз нам повезло. Мы спрятались за мусорными баками. Я зажимала Максу рану, чтобы он не истек кровью, а ему хотелось изображать крутого парня, вот он и молол всякий вздор. Среди его вздора попадались, правда, и смешные шутки. Так у нас с ним возникла взаимная приязнь. Когда вокруг стихло, я переправила его в больницу.