Следуя в глубину

Ну, окей, бывает третье: какая-то глубинная потребность выплёскивать энергию, негатив. Кто-то идёт в тренажёрный зал, а кто-то стреляет в людей. Меня привёл Максим. Когда мы только начали встречаться, он был организатором. Через год забросил, а я осталась. Сейчас, кстати, это частая причина наших ссор. Одна из тысячи. Он не хочет, чтобы я этим занималась.

– И сколько времени ты… находишь для этого?

Я встал и снова выключил свет, в темноте мой взгляд не искал её голых ног.

– Раньше всё свободное, теперь редко, по выходным.

Ты не подумай, я не наркоманка, вполне представляю свою жизнь без страйка, уже взрослая девочка и знаю, что ничто не вечно.

Я улыбнулся, про себя выдохнув – с этой девочкой не всё потеряно. И ещё:

– Ничто не вечно. Тем более любовь… – прошептал я, сам не заметив, что размышляю вслух, думая о её муже.

– Что?

– Да нет, ничего, говорю ничто не вечно.

– Если захочешь, могу взять тебя на следующую игру.

– Не думаю, что мне захочется. Лучше уж в музей.

– Ты просто не любишь весёлые компании.

Здесь она попала в точку.

– Это так заметно?

– Очевидно. Тебе хватает веселой компании психов и тебя самого, – говорит Вера со смехом.

– Нет, я иногда люблю быть среди простых людей, но не очень умею веселиться.

– Но так же нельзя, это… ну не знаю… грустно.

Я ничего не стал отвечать, кажется, она не поймёт. В тишине было слышно, как Вера дышит.

– Вера?

– Что?

– Когда он стал распускать руки?

За окном начался лёгкий дождик, в открытое окно потянуло свежестью остывающего ночного города.

Вера шмыгнула носом.

– Понимаешь, как бы ни было что-то очевидно для другого, лучше всё же лишний раз проговорить. Бывает даже, что когда облачаешь мысли в слова, эти самые тяжёлые мысли становятся менее весомыми, – выдал я, не особо рассчитывая на успех.

Но Вера тихим голосом монотонно начала рассказывать:

– Где-то год назад. Он попал в аварию на работе, отделался травмой спины, но периодически стал выпивать.

Потом ещё одно происшествие: на вызове пьяный мужик ударил его напарника топором, напарник умер в больнице. Они были близки. Думаю, что-то сломалось в его голове. Тут ещё Максима повернуло на политике. Он стал активно высказываться в соцсетях, в СМИ, писал в газеты о безопасности медработников, условиях труда, оплате. Потом нашёл себе компанию таких же активистов, те втянули его в политические дела, пикеты, забастовки, митинги.