Книга о моем убийстве

– В смысле?

– У вас нет целостного образа Егора. Вы хотите сопереживать ему, но не можете. Вам нужно понять, кем он был, но осколки памяти, которые остались от Егора – острые, режутся. Вы кутаете их в обертку иронии, но безрезультатно.

– Приму к сведению – о Егоре лучше не думать.

– О Егоре нужно думать. Нужно – иначе вы не испытаете горя.

– Не вижу в этом ничего плохого.

– Зря. Горе помогает справиться с утратой, отпустить человека, которого мы потеряли.

– Может, я хочу, чтоб Егор навеки остался со мной.

– Не хотите, – сказал Лурц. – Я потерял мать много лет назад. Я не смог ее понять. Она сниться мне каждую неделю. Постоянно швыряет о стену ту чертову машинку. Но у вас ситуация куда сложнее.

– Правда?

– Сарказм. Вы знаете, что психические заболевания имеют генетическую природу?

– К чему вы клоните?

– Вы с Егором – братья-близнецы. Я долго думал, почему вы не лежите в соседних палатах. Потом понял – Егор декомпенсировал развитие вашего заболевания, взял на себя этот крест, позволил вам нарастить защитную скорлупу жизни.

Вы не сошли с ума в пику Егору, чтобы не быть похожим на него.

Дима закашлялся. Чтобы не выдать себя выражением лица.

– Теперь о проблемах. Егор умер. Вы больше не можете выстраивать свою анти-идентичность. И если вы не сможете отпустить его образ, станете пациентом моей лечебницы.

– А у вас есть платные палаты?

– Снова ирония.

– Смех – лучшая защита, – сказал Дима. – Это, по-моему, Фрейд?

– Фрейд. Но фраза выдернута из контекста.

С точки зрения психоанализа, защита – это плохо. Мы смеемся на тем, что должны принять.

– Интересная мысль. Поставлю себе в статус.

– Помните, я говорил, что есть еще одна причина моего к вам интереса?

– Вы не хотите, чтобы я занимал лишнюю койку в вашей больнице?

– Да, – засмеялся Лурц. – Нас и так недофинансируют, а тут еще вы. Подумайте над моими словам. Вы всегда знаете, где меня найти.

– У вас еще есть вопросы?

– Есть. Один. Но вы на него не ответите.

Из-за чего вы поссорились с братом?

– Вы правы. Не отвечу.

– Я так и чувствовал. Егор тоже не хотел отвечать.

– У меня ощущение, что вы могли убить Егора просто потому, что он не дал себя вылечить.

Лурц расхохотался:

– Простите. Разворчался как старый дед. Профессиональная деформация. В конце концов, вам решать. К тому же схожие болезни проявляются не у всех близнецов.

– Если вопросов больше нет, прошу исполнить вашу часть договора.