Шах и мат

Сто тысяч долларов за украденный документ

Инженер Хэллтон сидел за рабочим столом в синей просторной блузе и обсуждал детали небольшого усовершенствования в своем карбюраторе для автомобильных моторов. Изредка он слегка насвистывал, тщательно исправляя карандашом детали чертежа.

Когда вошел коренастый Кэлли, Хэллтон молча поднял на него глаза. Кэлли так же молча протянул газету. Синие, стальные глаза Хэллтона скользнули по первой странице, не вчитываясь, пробежали обычные сенсации желтой газеты и остановились на огромных буквах:

«Сто тысяч долларов за украденный документ.

Хэллтон медленно кивнул головой: он был немногоречив. Кэлли сказал:

– Ничего, еще немного выжмет из нас соку, оправдает расходы.

Инженер снова кивнул головой. В этот момент часы, висевшие на стене, прозвонили половину одиннадцатого, и одновременно раздался громкий стук в дверь. Кэлли приоткрыл ее, и рука, покрытая чернильными пятнами, просунув в отверстие небольшой пакет, быстро произнесла:

– От друга.

И скрылась так же быстро, как и появилась. На улице раздался шум мотоциклетного мотора. Хэллтон поглядел с удивлением на Кэлли. Кэлли пожал плечами и разорвал тонкую бечевку, которой пакет бы тщательно перевязан. Он удивленно произнес:

– Фотографическая пластинка и снимок, шесть на девять.

Оба наклонились над снимком. Он изображал шесть джентльменов, близко склонившихся друг к другу и, очевидно, ведущих крайне интимную беседу.

Кэлли, всмотревшись, сказал быстро:

– Хэллтон, да ведь один из них Хорлэй.

Он показал пальцем загрубевшей в пятнадцатилетней работе на заводе руки. Хэллтон качну головой.

– Я начинаю понимать, – сказал он медленно.

Он вышел и вернулся с небольшим фонографом в руках.

– Попробуем, – сказал он, беря в руки пластинку.

Кэлли молча следил за ним.

Пластинка была вставлена в аппарат. После характерного шипения, во время которого инженер Хэллтон пробормотал:

– Надо бы на свободе заняться усовершенствованием фонографа.

Шипение прекратилось, и фонограф явственно произнес:

– Что предпринято?

Голос Хорлэя (при этом Хеллтон и Кэлли посмотрели друг на друга) ответил:

– Собака ошиблась. Лучшие сыщики брошены в работу…

Опять шипение фонографа. Затем прежний голос:

– Сегодня ночью в Сити-Сквере. Вы знаете?

И снова фонограф зашипел. Кэлли сказал с нетерпением:

– Проклятая машина!

– Подождите, – сказал Хэллтон. – Мы поставим усилитель.