Концерт Патриции Каас. Отрывки

Свиридов играл в две руки – правая вела мелодию, а левая, на басах, вела аккомпанемент. Это отметили все, владеющие инструментом, и в первую очередь Пугачева.

А голос … голос жил, страдал, звал …

© ©

Протянем

Руки к тем,

глаза чьи

слёз полны;

Чей дом

осиротел

от ужаса беды.

Помянем их,

прошу,

помянем миром их -

Погибших

за Страну,

за честь

и за своих.

Повторяя последний куплет Свиридов слышал голоса негромко вторящих ему мужчин.

– Анатолий, ты молодец! –первой зааплодировала Джохан.

– Анатолий Иванович, сердечное спасибо вам! Я не ожидала, что эти стихи так можно спеть …

– А ты Толик, совсем непрост! – подошла Пугачева. – Говорят, ты колоратурой владеешь?

– Алла Борисовна, моего мужа зовут Анатолий Иванович. Повторить?

И столько силы было в голосе Тони, что …

– Маша, познакомься! Анатолий Свиридов.

– Мария. – Захарова вспомнила: этого человека в генеральской форме она видела около Президента.

– Анатолий. Я там в паре мест … немного …

– Анатолий Иванович, уж что-что, а я такого от вас не ожидал! – это подошел почтенный господин, которого Свиридов помнил по работе над Уставом РАН.

– Как это ты, Алуся, Анатолия сразу на ты?

– А как еще мне его называть, Джо? – так иногда Алла называла Джохан. – У меня имя и ордена!

– Не видела ты его в форме и с наградами! Язык бы прикусила …

– Или проглотили бы! – вмешался почтенный господин.

– Алла, не связывайся! Тут мафия! – вмешался Галкин.

– Макс! Ты не прав по всем фронтам! Во-первых, Алла несъедобна, да и сама сожрет кого хочешь. А во-вторых, здесь все так хорошо к ней относятся!

– Гости дорогие, не пора ли закусить?

Фуршет был скромен – рюмочка или бокал, выпечка явно профессионального происхождения.

В углу зала заиграл небольшой квартет.

– Потанцуем? – Свиридов предложил Тоне руку.

И они первыми пошли танцевать, и это было удивительно красиво – оба с белоснежной седины головами, удивительно слаженны движения …

– Герман Борисович, вы не знаете – откуда она?

– Знаю только, что она занимается моделированием одежды …

– Алуся, ты обещала нам спеть!

– Да, конечно.

– Я могу!

– Нет, Максик, не сегодня. Анатолий … ты как, потянешь?

– Варум ден нихьт! Почему бы и нет, Алусик!

Проглотив «Алусика» Пугачева села за рояль и долго пристраивалась, прилаживалась.