Конец Антропоцена

Тем более, что в этой части построек выстрелы со стрельбища хоть и доносились, но были слабыми и почти не мешали.

Сюрприз

В двадцать ноль-ноль все встали, быстро почистили зубы и помчались в столовую.

А через сорок пять минут они уже стояли на стрельбище.

У самого обрыва, внизу, у реки, начинала зарождаться дымка. Это был предзакатный туман, который через какое-то время принесет с собой росу и особый запах вечера, плавно переходящего в ночь.

Было время багряного летнего заката.

У каждого бывают такие закаты, которые можно помнить всю жизнь.

Их запоминают и по красоте, и по атмосфере, и по особым моментам, связанным с определенным отрезком жизни, и по ощущениям в груди.

В груди у Арины немного щемило. Почему-то Арина была уверена, что вот такой красивый тихий закат она теперь увидит не скоро.

Война, которая, возможно, успела коснуться близких, но пока еще не касалась напрямую присутствующих, была уже совсем рядом. И Арина думала, что скоро каждый человек, находившийся здесь, окажется в самом эпицентре, в самом ее сердце.

И этот каждый уже никогда больше не будет прежним. Не будет просто мужем или женой, просто мамой, просто братом или отцом. Война меняет людей.

Как сложится их жизнь дальше? И будет ли она вообще, эта жизнь, дальше? Или будет смерть? Быстрая ли? Безболезненная ли? Или долгая и мучительная? Или будет только война – до последнего уничтоженного человека? Кто сейчас прав? Кто виноват? Почему все это происходит именно с нами? Именно сейчас? И виноват ли кто-то один? Или их несколько? Или их сотня? Тысяча? Одна нация? Или континент? Или мы все и каждый виноваты в том, что то, чего мы так боялись больше всего, все-таки произошло?

Вопросы роились и в душе Арины, и в голове.

Каждый из тех, кто находился здесь, по-своему, по-особенному переживал то, что сейчас происходило. И каждый из них прощался с этим красивым закатом и своей, несмотря ни на что, еще мирной жизнью. Ведь уже через несколько недель они окажутся одновременно и в чистилище, и в аду, и в вулкане, изрыгающем лаву. Останутся ли все, кто сейчас стоял на плацу, людьми? Останутся ли верны своим семьям, своей стране? Смогут ли ради победы сделать невозможное? Убить врага? Пойти дальше, вперед, без страха и упрека?

Кажется, все думали об одном и том же. Размышления эти отражались на большинстве лиц собравшихся. Сейчас всем объявят результаты. И они разойдутся до завтра. А завтра уже финал. Последняя возможность показать себя.