С мечтой не прощаются

Лена побледнела, сжала губы, решительно вскочила:

– Пошли!

Они пробежали по коридорам и остановились перед открытым люком в полу. Внизу была маленькая каморка, из которой, как знала Лена, дверь вела непосредственно в реакторную.

Они включили монитор наблюдения. Чужаки, видимо, уже заканчивали свои дела. Они наложили кожух, неторопливо зажали крепления, и один из них неуклюже, как робот, чуть враскоряку, направился к выходу. Второй, несколько задержавшись, двинулся следом. Были они очень широкоплечи и коренасты.

Коротко прошелестела, отделяясь от комингса, массивная крышка люка. Повернулась… Через горловину перебралось инопланетное существо. Шагнуло. Встало посреди небольшого помещения. Замедленно подняв руку к груди, сдвинуло заслонку на скафандре. Нажало открывшуюся кнопку… Женщины смотрели сверху, застыв, прижавшись друг к другу.

– Спокойно!.. – шепнула Лена.

Гермошлем пришельца плавно крутнулся и откинулся вбок.

И глазам потрясённых женщин открылась усатая физиономия Тима Тагрина! Инженер удивлённо вытаращил глаза.

– Что-о, уважаемые пассажиры?

– Тим, это ты…

– Нет, это китайский император. Что случилось-то, красавицы?

– Мы приняли вас за инопланетян…

– Почему? – захохотал Тим.

– Ваши скафандры… И лиц не видно.

– А что скафандры? Обыкновенные РБЗ-19. Мы же куда пошли? В реакторную. Соваться туда в СУОТе я никому не советую.

– И ваши движения… – добавила Мария. – Такие неуклюжие.

– Да уж, – хохотнул бортинженер. – В РБЗ не станцуешь.

Разговаривая, он разбирал на себе оранжевые доспехи и укладывал по частям в шкафчик. У второго шкафчика раздевался «инопланетянин», оказавшийся Фарнзуортом.

* * *

Амбурцев и Тагрин стояли в агрегатной маршевого двигателя, перед люком КРАП-камеры. Тим отвёл заслонку, сунул руку вглубь и вытянул наружу обойму. Обойма эта напоминала барабан старинного револьвера, но была в сотню раз крупнее. И, кажется, никогда не существовало столь многозарядных револьверов.

В шести из четырнадцати ячеек стояли КРАПы – катализаторы рабочего процесса.

Капитан и бортинженер вынули из гнёзд каждый КРАП – продолговатый матово-серый цилиндр – осмотрели и вставили обратно. Последний в руках у капитана разломился пополам.

– Вот, теперь пять… – сказал Амбурцев.

– Треснутый был.

– И эти не очень-то надёжны.