Долгая здоровая жизнь

Я представил себе, как я бегу в ночном мраке по траве, как задыхаюсь от сбившегося дыхания, как обливаюсь потом и опасливо поглядываю вверх – не идет ли кто. Я даже ощутил под лопатками тяжесть набитого деньгами рюкзака. Еще немного и я мог бы ощутить те чувства, которые мог бы испытывать личность, хладнокровно расправившаяся с мужчиной, женщиной и ребенком. Что это? Неужели мое сердце колотиться как отбойный молоток, а в горле горькая вязкость? Кажется, у меня подскочило давление, лицо стало гореть, голова кружиться.

Как хорошо, что сейчас светлое время суток и меня сопровождает приятель, иначе, возможно, меня могла бы охватить легкая паника.

Держа оклеенный марвеловскими супергероями планшет Павел Гаврилов топал за мной и сообщал, что давным-давно он сюда уже спускался. Это было вместе с оперативной группой следователей и розыскными собаками. В тот раз, а было это четверть века назад, тут едва ли ни пинцетом выщипывали траву в поисках хоть каких-то улик или следов. Нашли несколько отпечатков следов, идентичных еще ряду следов на пути следования преступника, а также на сто процентов совпадших со следами в доме Зенитниковых.

Собака взяла след, но все оборвалось на трассе у святого источника, где преступник, вероятно, уехал на автомобиле.

– Больше всего мне жаль девочку, – произнес Гаврилов. – Там осталась девочка, совсем крошечная.

– Да, – подтвердил я. – Ей было всего годик.

– Как уж она потом? – вздохнул Павел, перешагивая через кочку. – Тебе, Денис, что-нибудь известно о ней? Ты же о ней собираешь материал или я тебя не правильно понял?

– Все верно, о ней, – я вытер пот с шеи.

 – Ее удочерили.

– Кто? – тут же спросил собеседник.

– Родственники, с ней все было в порядке, она…

– Было?

Я запнулся.

– Было? – переспросил Павел Гаврилов. – Ты сказал «было»?

Гаврилов поймал меня на неудачно произнесенном слове и я был вынужден надолго замяться.

– По правде сказать, я только в начале пути, – забормотал я, хаотично подбирая фразы.

Мне, честное слово, очень не хотелось лгать и я почувствовал себя подлецом перед Павлом. – Я точно могу сказать, что девочку удочерили родственники по линии убитого отца, но дальше там какая-то мутная история, я еще не до конца разобрался. Впрочем, могу с уверенностью сказать, что в приемной семье у девочки все было отлично.

Произнося эти слова, я внутренне напрягся, готовя расплывчатые ответы на следующие вопросы, которые неминуемо последуют от Гаврилова.