Конец Антропоцена: Аберрация в багровых тонах

Было видно, что министр с нескрываемой злобой и презрением относится к Ничипоренко-старшему, но поделать с ним ничего не может. Ничипоренко-старший же сидел с перекошенным лицом, он знал про отношение Воргана к своей персоне. И все-таки, хрустнув шейными позвонками, он как-то взял себя в руки. Растянул тонкие губы в улыбке и спросил:

– Я могу увидеть племянника?

– Можете, но скажу честно, это будет сделать сложно, – ответил Бейдер.

– Почему?

– Потому что вашего племянника искусали существа, и он превратился в одно из них, – пояснил Бейдер.

– Как вы это допустили? – вскочил со своего места Ничипоренко-старший и стукнул кулаком по столу, отчего чашка кофе, стоящая перед ним, опрокинулась. Жидкость выплеснулась на стол, залив часть бумаг президента, и, растекшись, в конце концов пролилась на одного из генералов, сидевших неподалеку от него.

Президент встал, грозя кулаком Ничипоренко-старшему. Побагровев, он крикнул тому:

– Еще раз такое себе позволишь, и я за себя не ручаюсь! Еще раз – и тебе никто не поможет! Веди себя соразмерно должности, солдафон чертов!

Заиграв желваками, Ничипоренко-старший сделал вдох и буквально выдавил из себя:

– Господин президент! Виноват! Каюсь! Переборщил! Приношу свои глубочайшие извинения!

Президент молчал, поджав губы.

– Господин Ничипоренко может увидеть племянника, но зрелище это грустное. Он обездвижен.

– Так он жив?! – вновь вскочил успокоившийся было Ничипоренко-старший.

– Я бы не стал называть это так. Я не понимаю, живым или мертвым правильнее считать вашего племянника, человеком его считать или существом. В данный момент тот, кто ранее именовался Георгом Коневым, находится в подблоке одного из отсеков бронемашины, которую мы смогли выделить для его перевозки.

– Хорошо. Мы с братом должны его увидеть.

– Как скажете. Но мы пойдем вместе с вами.

– Я хочу посмотреть на эту встречу. У нас еще не было контактов с теми, кто раньше были нашими родственниками.

– И я! – сказал президент.

– Господин президент, это опасно! – закричал Ворган.

– Это не обсуждается! – отрезал тот.

– Но только с охраной!

– Само собой! Не волнуйтесь!

Ничипоренко-старший, выслушав всех, сказал:

– Сделаем так: недалеко от президентского броневика на улице выстроим круги из бойцов. Ваших офицеров, генерал-лейтенант, мы тоже пригласим встать в круг. И вас самого.