Мэвр

Будь это обычная беседа, он занял бы место под другим углом.

«Чёрт», – думает Хэш.

– Сегодня ночью я получил… послание, – отвечает он и смотрит Филину прямо в глаза. Йоним единственный, кто может выдержать этот взгляд.

– Откуда? От кого?

– С той стороны. Из мэвра, – порошок подействовал, и Хэш говорит почти без хрипа. – Я думаю, со мной пытались связаться сородичи.

– Рассказывай.

Гиганту становится не по себе. Порой в Филине просыпалось что-то от хищной птицы, и тогда становилось ясно, что прозвище дано ректору не только из-за мудрости и внешнего сходства.

Столько силы осталось в этом старике. Пускай он и прикован к креслу, но его власть и мощь простираются намного дальше кабинета или даже Университета. Вздохнув, Хэш начинает рассказ. Йоним слушает, не отводя глаз.

– Ты не думал, что этот день когда-нибудь наступит? – спрашивает Хэш, закончив.

– Спустя столько лет… – старик выглядит задумчивым и усталым. – Я надеялся, что этого не произойдёт. Не потому что боялся. Просто это сделало нас…

– Ворами?

– Похитителями.

Ректор отводит взгляд, а Хэш наблюдает за наползающей на Хагвул тьмой.

– Так оно, в сущности, и было. Всегда, – говорит спокойно, как ему кажется, Хэш. – Глупо полагать, что младенец в мэвре появился из ниоткуда.

– Но никого не было рядом. Совсем! Даже следов.

– Я не обвиняю тебя, – охотник переводит взгляд на Йонима. – Ты спас мне жизнь. Но, похоже, на той стороне есть мои сородичи. Может быть даже семья.

Ректор не отвечает. В его глазах появляются непрошенные слёзы, на которые он злится, но ничего не может с ними поделать.

Воспоминания кружат в голове, будто снежинки, и сознание выхватывает из мельтешащей кутерьмы то одну, то другую, вызывая из небытия картины прошлого. Дела давно минувших дней.

>>>

К экспедиции готовились так долго, что поползли слухи о её отмене.

«Вот и всё. Всё открыто», – вспомнил Йоним слова отца. Они прозвучали в тот день, когда пришли первые новости об экспедиции капитана Нода. Он достиг Южного полюса, обнаружил землю, которую населяло примитивное племя, привыкшее к жизни в бесконечной заснеженной пустыне.

Вместе с тем капитан Нод совершил последнее географическое открытие, доступное человеку. Оставались, конечно, крошечные точки на карте, незначительные вершины и лакуны, слухи о которых давно стали легендами и мифами. Южный полюс воплощал идею фронтира: загадочного, прекрасного и жестокого. Теперь он стал ближе и яснее, но вместе с тем лишился своей ауры.