Человек-Черт

«Скворцы» было милое заведение, как раз для влюбленных парочек, много рубиновых оттенков, живые цветочки на столиках, легкий блюз. Жуй только усмехнулся, раньше бы он и сам мог привести сюда Надю Грикову, а теперь подобные заведения у него вызывают душевную изжогу. Кроме того, его кожаный рокерский прикид со множеством металлических вставок и разных нашивок совсем не гармонировали с красным атласом скатертей.

– Андрей, скажи честно, зачем ты приперся? – поняв, что романтический вечер испорчен, Пистону ничего не оставалось как напрямую перейти к делу, за которым Жуй сюда и явился.

Быть может, чем быстрее они поговорят о деле, тем скорее Жуй избавит их от своего присутствия.

– Зачем я пришел? Да, я хотел с вами поговорить, ребята.

– О чем?

Жуй кивнул подошедшей официантке, взял бутылку вина и наполнил три бокала. И без того, будучи уже немного выпившим, он, тем не менее, вино выпил, поморщился и недовольно вытер губы.

– Ребят, выкладывайте напрямую, – сказал он. – Вам что, не нравится моя музыка, да?

Пистон и Евсеенкова переглянулись и потупили взор, каждый задумался о достойном ответе.

Поняв, о чем будет разговор, они оба были в несколько затруднительном положении, им стало неловко. Пистон выпил вино. Марина не стала.

– Отвечайте, ребят.

– Андрюш, ты обидишься.

– Не обижусь. Говорите, как думаете. Ребят, вы что надеялись, я не увижу ваших кислых мин на выступлении? Я же все понимаю, вам не нравится. Потому я и хотел поговорить с вами наедине. Говорите, что вы думаете по поводу новой концепции группы.

– На мой взгляд – тяжеловато, – Марина все-таки отпила вино. – Андрюш, я буду говорить за себя. Лично я еще не привыкла к такому исполнению. У «Толпе» сложилась определенная концепция, определенный стиль, свойственный лишь нам. Мы все любим «Толпе», я обожаю нашу музыку. Я всегда была преданна нашей группе…

– Да, я знаю.

– Но твои новые песни… Как бы тебе это сказать… Они не вписываются в наш стиль… Это что-то совершенно другое. Да, новые песни крутые, не спорю! Но… это не совсем та музыка которую люблю лично я… Слишком агрессивно, а я не люблю зло.

Я девушка, я люблю романтику, она была в твоих прежних песнях, а теперь…

– Да, Андрей, – подхватил ее Пистон. – Чудища всякие… Разврат… Богохульство… Согласись, что это слишком резкий перепад от того, что мы исполняли еще неделю назад.

– Согласен! – Жуй закурил. – А вот Володе Рикардо нравится. Нахимовна в восторге!

– А мы не в восторге, – Марина нахмурила бровки.