Человек-Черт

Попав в сети и выплыв на воздух, человек (мужчина) стал судорожно хватать ртом кислород, задыхаться и выпучивать глаза. Его тело забилось в агонии, громко втягивая воздух, мужчина конвульсивно как эпилептик замахал руками и ногами. Сеть стягивала его конечности, впивалась в плоть, где-то рвалась. Мужчина смотрел на Жуя распахнутыми глазищами и уже почти беззвучно хлопал губами.

– Бей его! – выкрикнул Эггельс и сунул в руки Жуя откуда-то взятый кирпич. – Бей! Глуши его по башке!

Жуй с трудом удерживал равновесие в лодке, не в силах размахнуться, кирпич оттягивал руки вниз и грозил упасть в воду.

– Да бей же его по башке! – ругался Эггельс, но Андрей только смотрел на выловленного из воды мужчину. Человек был в шерстяном костюме с пиджаком и в туфлях, хотя такой покрой Жуй помнил только по старым фильмам. Он был уже не молод, его лоб был низок и лишен растительности, зато на затылке волосы густо вились светло-рыжими спутанными от воды кудрями. Пышные усы бежевого цвета выделялись на побелевшей коже лица.

Глаза круглые, ярко голубые. В глазах читалось обреченность. Мужчина умирал, а Эггельс кричал, что если сейчас не оглушить выловленного, то он окоченеет. А ему нужно мягкое мясо, а не бревно! Подавив спазм страха перед родственником-людоедом, Жуй ударил выловленного по лбу.

– Сильнее! – изо рта Эггельса воняло гнилью. – Мочи по виску!

Жуй ударил жертву и человек в сетях обмяк. Его глаза закатились, по мокрым кудрям над ухом заструилась кровь. Тогда Иосиф Ильич появившимся у него кривым ножом распорол рыболовную сеть и освободил оглушенного мужчину.

Он перевернул его на мокром дне лодки на спину, разрезал свитер и разодрал пуговицы на белой рубашке, обнажив грудь и живот выловленной жертвы. Кривой нож оказался в руке у Андрея.

– Режь его вот от сюда, – объяснял Эггельс, указывая костистым пальцем в область подреберья, – до сюда. До паха. Да нажимай, не ссы.

– А если он еще живой? – Андрей первый раз открыл рот и что-то сказал.

– Естественно, что он еще живой! Давай режь и выпотрошим его прямо здесь.

Кишки скинем в воду, они нам на хер не нужны. Да нажимай-же сильнее! Потом, пока он будет еще жив, мы шустренько снимем с него кожу, а мясо ополоснем. Кожа пригодиться, но ее надо снимать, пока он будет еще живой, иначе она станет не натуральной… Да что ты копаешься? Ты разрезал?

– Да… – наблюдая как из вскрытой брюшины появляются внутренности, Жуй уронил нож.

– Теперь наматывай кишки на руку и дергай.