Игры Огня

Пострадавшие едва скрывали улыбки – справедливость восторжествовала; приставы и охранники безучастно взирали на подсудимых – много таких прошло через решетку; знакомые глядели осуждающе – ведь они же говорили; адвокат посматривал на прокурора – после процесса запланирован поход в бар; двое остальных судей еле скрывали зевоту – осточертела рутина рабочей пятницы.

Только одного взгляда Фара вынести не смог. Он отвернулся от белокурой девушки и уставился на седовласого судью. Лучше на него. Так меньше боли в том месте, где должно быть сердце.

Перечень обвинений не смолкал десять минут. Ребята признались ещё в нескольких случаях, предводитель по кличке Жало попросил «взять на себя пару косяков, а за это на зоне будет спокой и уважуха». Этот инвалид и сам не знал, что ребята выполняли не его просьбу. Они хотели остаться в тюрьме. Они догадывались, что на свободе их поджидает костлявая старуха с косой.

Единственно, что они не знали, насколько она близко. Очень близко. Сразу на выходе – присела на ступеньку и неторопливо курит.

Смерть облачилась в тело сухопарого мужчины средних лет. Пистолет в наплечной кобуре почти не виден под ветровкой. Смерть ждет решения суда. Наушник передает каждое слово из аудитории.

– И назначить наказание в виде смертной казни! Приговор окончателен и обжалованию не подлежит! – с особым чувством продекламировал седовласый судья. – Можете увести подсудимых.

Фара почувствовал, как решетка кинулась на него и попыталась перевернуть с ног на голову.

Дрожащие руки еле удержали тело в вертикальном положении. Колено Бойца сильно ударилось о прутья, ноги подкосились.

Двоих ребят приговорили к смертной казни.

Вот и всё! Не пожили… не нажили… не сделали… не увидели…

Зал дружно вздохнул. Кто-то зааплодировал. Фара взглянул в ту сторону – блондинка на инвалидной коляске громко хлопала в ладоши. Она смотрела на него в упор и улыбалась… Игорь опять не смог выдержать взгляд. Рыжий парень понимал эти эмоции, будь он на её месте – сам бы зааплодировал, заулюлюкал, засвистел.

Боец хватал ртом воздух, лицо посинело, как от удушья, потом резко покраснело. Игорь видел его таким только один раз, когда нашелся Серёга Кот. Да и сам он чувствовал себя не лучше – оцепенение не спадает, пол кружится в лихорадочном танце, холодный пот выступает на лбу. Ещё немного и рухнет на пол, заплачет, забьется в истерике.

– Не повезло вам, чуваки, – вполголоса произнес охранник и вставил ключ в замочную скважину.