Писательница

Она смотрела на пленницу, а сердце начало отбивать ритм степ-аэробики.

Тусклая лампа безжалостно освещала худую изможденную женщину с такими огромными мешками под глазами, что в них можно спрятать всё золото Форт-Нокса. Пленница держала край покрывала возле подбородка и кулачки её мелко-мелко дрожали, будто она сдерживала ярость и готова вот-вот накинуться на новую соседку.

Спутанные волосы сосульками спускались к голым плечам и ложились на блестящий металлический ошейник. Тонкие губы казались настолько обескровленными, что рот напоминал прорезь в бледном лице манекена.

Лишь глаза сверкали голубыми карбункулами, и их лихорадочный блеск заставил Джулию отсесть чуть дальше.

– София? – неуверенно спросила Джулия. Она укрылась желтым одеялом от ощупывающего взора женщины.

– У нас здесь нет имен. Мы тут все королевы… Давай дружить? – подскочила женщина на кровати так резко, что Джулия отпрянула. – Ты боишься? Не надо бояться. Король не любит, когда мы боимся. Он говорит, что от этого женская норка съеживается и ему трудно пропихнуть свой скипетр.

Нет-нет, не надо бояться. У нас тут хорошо… Мы пишем…

Женщина тоже была обнажена. Груди, похожие на уши спаниеля, перекатывались по впалой груди, худые голени поросли таким шерстяным покровом, что стали напоминать ноги хоббита. Она радостно скалилась, и Джулия насчитала три прорехи в некогда белых зубах.

София Кастор.

Это точно она!

Джулия смотрела на свою бывшую конкурентку по писательскому ремеслу и не могла поверить, что из некрасивой, но ухоженной женщины получилось грязное полусумасшедшее создание.

– Где мы, София? Как отсюда можно выйти? – прошептала Джулия.

Конечно, можно спросить в полный голос, но кто знает – вдруг у этого маньяка кругом распиханы жучки и скрытые камеры?

Если уж он комнату из экранов соорудил, то такую мелочь тоже мог сделать.

Хотя где?

На столе со стульями?

Или за ширмочкой, откуда доносится зловонный запах туалета?

В этой бетонной коробке и камеру спрятать негде.

Вот только если замаскировать под бетон…

– Отсюда можно выйти только в Комнату Наслаждений, – радостно прошептала София в ответ. – Король берет меня туда, когда создает обстановку из моих книг. Он любит меня и любит читать мои книги. Ему нравится читать. Ты тоже полюбишь короля. Он очень добрый.

Джулия снова отодвинулась от женщины. Та улыбалась и смотрела на неё яркими счастливыми глазами. А от подбородка вниз тянулась тонкая ниточка слюны.