Приключения Гекльберри Финна (адаптированный пересказ)

Так хорошо было двигаться по широкой реке и, лежа на спине, подолгу глядеть на звезды! Нам не хотелось громко разговаривать, да и смеялись мы редко.

Каждую ночь мы проплывали мимо городов. Некоторые из них стояли высоко на темных берегах – только и видна была блестящая гряда огней. На пятую ночь мы миновали Сент-Луис. У нас говорили, будто в Сент-Луисе живет двадцать, а то и тридцать тысяч человек, но я этому не верил, пока сам не увидел в два часа ночи огромное множество огней над городом. Каждый вечер, около десяти, я вылезал на берег у какой-нибудь деревушки и покупал центов на десять-пятнадцать муки и копченой грудинки.

Иной раз я захватывал курицу, которой не сиделось на насесте, или забирался на кукурузное поле и брал арбуз, дыню, тыкву или молодую кукурузу. Время от времени нам удавалось подстрелить утку, и тогда мы пировали.

На пятую ночь ниже Сент-Луиса нас захватила сильная гроза с громом, молнией и ливнем как из ведра. Мы забрались в шалаш и оттуда смотрели на темную реку, которую озаряли всполохи молний.

– Эй, Джим, погляди-ка! – воскликнул я. Впереди виднелся пароход, который разбился о скалу. Течением нас несло прямо на него. Ночь была такая глухая и непогожая, и все выглядело так таинственно, что мне, как и всякому мальчишке на моем месте, при виде разбитого парохода захотелось на него забраться и поглядеть, что там такое. Мы осторожно причалили с правого борта и привязали плот.

Палуба сильно накренилась. В темноте мы кое-как перебрались по уклону на левый борт, к капитанской рубке, а потом, осторожно нащупывая дорогу ногами и растопыривая руки, очутились перед открытой настежь дверью.

Из глубины салона шел свет, и в ту же минуту мы услышали голоса.

– Мне что-то не по себе, – шепнул Джим. – Пойдем отсюда.

– Ладно, – сказал я и уже хотел было вернуться на плот, как вдруг услышал, что кто-то за стонал.

– Не троньте меня, ребята! Честное слово, я не донесу… – донеслось из салона.

– Врешь, Тернер! – громко ответил другой голос. – Ты подлый предатель!

К этому времени Джим уже добрался до плота, а я все не трогался с места, просто разрываясь от любопытства.

Я знал, что Том Сойер ни за что не ушел бы теперь, и решил остаться на пароходе, прокрался к двери и осторожно заглянул в салон. На полу лежал человек, связанный по рукам и ногам, а над ним стояли двое. Первый держал в руке тусклый фонарь, а второй целился в голову связанного человека из револьвера.

– Эх, руки чешутся! – заметил второй.