Вороний народ

Они должны сделать исключение для одной маленькой четверти звона, мистер Ходжсон, пожалуйста.

– Исключение? И почему молодые люди всегда считают, будто правила писаны не для них, а?

– Я не хочу нарушать никаких правил, мистер Ха, но послушайте, я… – Фэй понизила голос и огляделась, в то время как остальные звонари гуськом вышли из комнаты и начали опасный спуск по ступеням винтовой лестницы. – Я обнаружила новый метод.

Мистер Ходжсон вздрогнул в предвкушении. В новых методах не было ничего необычного – он и сам придумал несколько, – но он всегда был рад попробовать что-нибудь неизведанное.

– Правда? Где?

Фэй заметила, что Берти слоняется возле узкого каменного входа в звонницу.

– Берти, можешь передать папе, что я буду через пару минут?

– О, м-м, да, да, конечно, – покраснев, произнес ее друг, прежде чем повернуться боком, чтобы протиснуться к выходу.

Фэй почувствовала укол стыда за то, что спровадила Берти, но если бы он стал свидетелем того, что последовало далее, то понял бы, что в ее книге заключено нечто большее, чем просто рецепт пудинга с вареньем.

– Минутку, мистер Ха, – сказала она, расстегнув сумку, достала книгу и пролистала ее, пока не нашла клочок бумаги. – Вот. – Она протянула его мистеру Ходжсону, и тот прищурился, воспроизводя метод в голове.

– Кефо… Кефа…

– Кефапепо, – подсказала Фэй. – Не спрашивайте, почему он так называется, я сама не знаю.

– Весьма необычно, – сбивчиво, но заинтригованно, сказал мистер Ходжсон. – Должен сказать, за все годы, что я провел с колоколами, никогда не встречал ничего подобного.

– Да, действительно необычно.

– Где ты его нашла?

– Он принадлежал маме.

– А, – скривил губы мистер Ходжсон. – Разумеется, это кое-что объясняет.

– Например?

– Прости меня, Фэй, но это полнейшая нелепица. Колокола просто дергаются, снова и снова. Боюсь, в результате мы не получим ничего, кроме шума. Неплохо, если ты пытаешься кого-то загипнотизировать, но совершенно неуместно в качестве колокольного метода.

А что это внизу? «Я сокрушаю гром, я терзаю зло, я изгоняю тьму». Ох, говорю же, весьма необычно. Если бы пришлось выбирать, я бы предложил простую четверть звона «Ровной Тройки Боба», но, увы, до особого распоряжения нам запрещено даже это. Возможно, лучше всего подождать, пока не закончится вся эта военная чушь, а потом поступить в соответствии с традицией, что скажешь?

– Но, мистер Ходжсон…

– Мне жаль, Фэй, правда жаль, – сочувственно ответил он.