Слушаю и повинуюсь

Всегда он пытается помешать моим планам… Впрочем, он не виноват – таким его сделало проклятие.

Крыса сидела на подоконнике и флегматично чистила клыки кончиком облезлого хвоста. Масуд представлял из себя воплощение всего противного и плохого, что могло быть в этом доме. Уж можете мне поверить – я видела туалетную комнату Артема, когда он вернулся после зимнего корпоратива и пытался напугать унитаз рыком аравийского льва. Потом пытался напугать ванную, умывальник, стиральную машину, туалетного утенка… Увы, никто не напугался, зато утром ему пришлось долго отдраивать это небольшое помещение.

– Не было ничего такого, мы всего лишь поцеловались, – ответила я.

– Да-да, если бы не вы, то сопел бы я сейчас в две дырочки и тихонько попукивал на шелковой подушке, – пискнул Масуд.

– Ты же знаешь, что должен присутствовать тогда, когда я заряжаюсь волшебством. Это не моя идея, а царя Шахрияра, да будут славны его потомки в разветвлении своем.

– А почему он здесь? И почему он постоянно так разговаривает, как будто не рабом был, а гопником с дурного квартала? – спросил Артем, скрещивая ноги, чтобы я не обращала внимания на пах.

А я обращала!

И мне нравилось, что я видела, как он ко мне относится.

Масуд в ответ снова показал Артему средний коготь. Потом подумал и добавил вторую лапку с оттопыренным когтем. Для полнейшей наглядности.

– Шахрияр проклял нас, когда увидел свою верную жену верхом на рабе. С этой поры Масуд должен наблюдать за тем, как я заряжаюсь волшебством.

– Я был не рабом, а личным помощником по клинингу и дезинфекционным работам, – пискнул Масуд. – И женщины сами напрашивались запрыгнуть на мой джуджул, чтобы понять – как можно оседлать вулкан и стать счастливой. Слухи обо мне дошли даже до самого Самарканда…

Артем покачал головой. Он скептически поджал губы и протянул палец, чтобы ткнуть в пузо Масуда.

Масуд воинственно вскочил на задние лапы, обвил хвост на манер пояса вокруг живота, встал в позу актера Брюса Ли и поманил Артема знаменитым жестом.

– Слышь, сюда иди, я тебя сейчас метелить буду! Ишь чо удумал – в живую крысу культяпки совать!

Я улыбнулась, глядя на Масуда. Мелкий воин всегда с визгом убегал, когда люди не пугались его острых клыков и бешено вращающихся глазок.