Черный Леопард, Рыжий Волк

Левая моя рука, окровавленная, разодранная, безжизненно повисла. Мальчишка до того перепугался, что отскочил от меня. Дымчушка поспешила ко мне и умоляла его вернуться. Стоило мальчишке побежать, как на него прыгнула гиена. Упала она прямо на него, сраженная двумя пронзившими ей шею стрелами. Мальчишка пронзительно кричал, когда я вытащил его. Леопард пустил еще две стрелы, и остальные гиены убежали.

Малыш, кого вытащили из хижины, так уже и не проснулся. Мы похоронили шестерых, потом остановились: погибших было очень много, а каждая смерть вызывала в нас смертельную боль.

Найденных четверых мы завернули в тряпки или шкуры, какие отыскать смогли, и пустили их по воде, чтобы река унесла их в мир иной. Так и казалось, что они полетели на зов богини. Мы отыскали ягод и приготовили мясо для ребятни. После того как они поглубже погрузились в сон, перестав всхлипывать и вскрикивать, Леопард взял меня за плечо, и мы отошли в лес.

– Ну и кого нам винить в этом? – произнес он.

– Зачем спрашивать про то, что тебе известно?

– Ты его чуешь?

– Я всех их чую.

– Будут и другие.

– Знаю.

Дымчушка не отпускала меня. Следовала за мной до самого края поляны, минуя то, что когда-то было защищено чарами, пока я криком не погнал ее обратно. Леопард собрал оставшихся в живых: мальчишку, которого мы спасли от гиен, мальчика-альбиноса, близнецов, Жирафленка и ее. Слишком много тел было, чтоб их хоронить, большинство их успели обгореть.

Когда я собрался уходить, рухнула крыша верхней хижины, и мальчик-альбинос заплакал.

Леопард не знал, что делать. Он гладил мальчика по лицу, пока тот не забрался на него и не затих, уткнувшись головой ему в плечо.

– Я должен идти, – сказал Леопард.

– Тебе их не выследить.

– Я искусней луком владею.

– Я возьму топорик и нож. И еще копье.

– Сейчас я могу идти по их следам.

– Они сбивают со следа, двигаясь по реке. Тебе их не найти.

– У тебя всего одна рука.

– Хватит и одной.

Он обвязал мне руку плетенкой асо-оке[24 - Асо-оке – плотная ткань ручного плетения, какую издавна ткали в народности йоруба (Западная Нигерия).

Обычно сплетенная мужчинами, ткань используется для изготовления мужских платьев агбада, женских верхних накидок иро и мужских шляп фила.], которая, я знал, покрывала голову Сангомы.

Запах их, прежде ослабевший, с наступлением сумерек держался стойко. На ночь отдохнуть расположились. Шаг за шагом они подходили к хижине той же дорогой, что и мы.