Сквозь память

А чуть позже были опубликованы три документа: «Об отречении Государя Императора Николая второго от престола Российского и о сложении с себя верховной власти», « Декларация Временного правительства о его составе и задачах» и «Об отказе Великого Князя Михаила Александровича от восприятия верховной власти впредь до установления в Учредительном собрании образа правления и новых основных законов государства Российского». Это означало падение самодержавия. Или революция.

Я был тогда сражен наповал. Российская империя прекращала свое существование.

Начиналась новая эпоха. И вот с началом новой эпохи и началось все самое ужасное. Новое временное правительство решительно взялось за дело. Мне непросто перечислить все то, что сделали наши «февралисты», но лишь подчеркну основное – то, что почувствовал я сам. Во-первых, объявлена амнистия. На свободу вышли и уголовники, и политические. Во-вторых, была упразднена полиция. Преступность росла с каждым днем. В-третьих, в армии произошли изменения из-за нового приказа №1. О нем я уже говорил. В результате – армия перестала воевать, огромное количество дезертиров и в итоге, – проигранная война. Но еще одно изменение в жизни страны повергло меня в ужас. Временное правительство ликвидировало дворников на улицах Петербурга. Кучи неубранного мусора, который валялся на улицах и во дворах; мочащиеся и испражняющиеся люди прямо на улице; крысы и другие распространители инфекций – таков результат данного нововведения. Естественно, возросло количество заболевших тифом, холерой, дизентерией. Революция, как результат того, чего я добивался годами – борьба за здоровье людей! И еще одна удивительная штука: лузгание семечек и выплевывание шелухи на тротуар. Неважно, находишься ты на Невском, Литейном или возле парадного входа дворца Белосельских-Белозерских. Ты можешь спокойно стоять, лузгать семечки и плевать шелуху под ноги входящих во дворец.

Помните, я вам рассказывал свои впечатления о романе Анатоля Франса «Боги жаждут»? Я говорил, что роман вызвал у меня гнетущее впечатление.

Так вот, именно та Франция, описанная в своем романе автором, была не похожа на ту Францию, которой восхищались наши люди, побывавшие там. Россия весь 1917-й год была унылой, гнетущей и опасной – непохожей на Россию начала века. В трамвае стало очень опасно ездить. Бывало, зайдут парочка пьяных матросов и начнут приставать к пассажирам. А если это поздно вечером? Если сильно пьяные, то могут избить или из трамвая выкинуть пассажира.