Лучший из нас

– Одногруппник? – спросил кто-то за спиной.

Обернувшись я увидел того самого старика, что устроил затор в самолете. Он смотрел на меня сочувствующими глазами.

– Друг, – ответил я, и помедлив спросил – Вы могли бы мне помочь?

Я стал тащить Майкла за подмышки, старик за ноги. Стоило его только приподнять, как голова сразу же откинулась назад, и открылся рот, Майкл оказался удивительно легким.

– Мы кладем их с другой стороны фюзеляжа. – Сказал старик, он громко шмыгнул носом и стал поглядывать на мой лоб. – Хороша шишка.

– Всего-то чуть болит, а вот другу моему повезло меньше. – Я глазами показал на Майкла.

– Со времени крушения прошло несколько часов, – докладывал старик, его звали Владиславом, – большая часть пассажиров погибла, остальные получили увечья разной степени тяжести.

– Ваша жена погибла? – спросил я.

– Если бы ты знал, что я претерпел за последнее время…. – Неожиданно сказал он почти со слезами. – Я всех потерял. Боже… – сказал он задумчиво – Может он испытывает меня? Сломлюсь ли я? Нет! Меня не сломить!

Я вопросительно посмотрел на него и решил больше не заводить разговоров.

Мы несли Майкла за уцелевшую часть самолета, уцелела она лишь с одной стороны, с другой была изодрана и искорёжена, из-под обшивки свисал материал оранжевого цвета. Через проломанный бок можно было зайти внутрь и так как самолет перевернуло – сиденья теперь находились на потолке.

– Люди были подвешены к потолку, – говорил Владислав. – Как куклы сидели, а руки свисали вниз и безвольно болтались.

Лица их были бледными и безжизненными, глаза открыты. А спереди – заворожено говорил он, – в кабине расплющенные: капитан, борт инженер и помощник пилота.

– Ужас. – Лишь выдавил из себя я. Майкла мы поднесли к месту, где теперь будут лежать мертвые, с глаз долой, их не должны видеть остальные, у них и так шок. Над головами сидели вороны, они с интересом разглядывали место трагедии. Я накрыл Майкла пледом на всякий случай.

На небе не было ни единой тучи, недалеко от нас высилась гора, ее основания были утыканы хвойными деревьями, а вершина, еще покрытая снегом.

Тревожные крики ворон, унылые лесные трущобы и посреди бескрайнего леса – разбитый самолет.

Я вернулся к Софи, рядом с ней собрались люди, это были две близняшки – студентки.

– Есть у кого аптечка с собой? Хоть какое то обезболивающие? – Спрашивала одна у своей сестры. Они были как две капли воды похожи, разве что у одной теперь ссадина на щеке.

– Какой там. – Отвечал ей сестра.