Неизбранное – для избранных, любящих юмор и терпящих сатиру: юмор, сатира и не только

 – Теперь я твой начальник и по любому вопросу ты должен обращаться ко мне. А зовут меня Татлыбай.

– Понятно, – вздохнул Акбар.

Сопротивляться и возмущаться в данный момент ему было невыгодно. Пока выгодно было молчать и терпеть, даже от такой дешёвки с золотыми зубами. Главное для Акбара – присмотреться и определить, где тут находится птичье молоко. Пока это было совсем не ясно.

– Ну что ты встал как пень?! – сразу же приступил к своим обязанностям Татлыбай. – А ну марш на рабочее место!

Все мы любим почертыхаться, то есть поупражняться в критике в адрес отдельных лиц, но в большинстве случаев делаем это только про себя, по разным причинам откладывая на неопределённое время расправу со всякими хамами, в особенности с теми из них, которые выше нас по должности.

Вот так и Акбар, проглотив грубость, в ответ только кивнул головой и поплёлся со своим огромным топором на кухню.

Оказалось, что в облаках пара, среди плит и огромных кастрюль визжат вовсе не поросята, а две поварихи. Обе в одинаковых грязных халатах и таких же шапочках, но одна огромная, как русская печка, а другая тощая и длинная, как кочерга, хотя и визжала она громче.

Акбар долго слушал пронзительные крики, но не вмешивался. И только тогда, когда в облаках пара замелькали половник и скалка, решил попробовать.

– Эй, гражданочки, минутку, – сказал он. – Чего вы не можете поделить?

– А ты кто такой?! – без всякой паузы взъелась на него тощая. – Тоже получить хочешь?!

– Не суйся, куда не просят! – грозно добавила толстая.

 – Я тут старшая, а она младшая.

– Ну и что? – не понял Акбар.

Та, что назвалась старшей, посмотрела на него оценивающим взглядом и немного смягчилась.

– Мы критикуем друг друга, – сказала она. – Я ей указываю на упущения и советую, как улучшить работу.

– Улучшить?! – возмутилась тощая повариха, которую звали Тансык. – Она всё врёт! Она постоянно себе филе забирает, а мне кости подсовывает.

Акбар посмотрел на обеих, как судья.

– Ну и пусть забирает, – сказал он.

 – А драться-то зачем? Ты из костей суп вари, а она из филе котлеты сделает. Посетители всё съедят. И первое, и второе.

Толстая и тощая одновременно округлили глаза.

– Полюбуйся на него, – наконец сказала Тутыя, старшая. – Откуда это ещё один дурак свалился на нашу голову?

– И вправду дурак, – согласилась с ней «кочерга». – Моя семья по горло сыта костями! Сколько можно это терпеть?! Мы не собаки, нам филе нужно! – закричала она на этот раз почему-то Акбару.