Неизбранное – для избранных, любящих юмор и терпящих сатиру: юмор, сатира и не только

Ой!

– Какой дрянью? – осторожно возразил Акбар. – На столе всё было только высшего качества.

– Ой, всё равно дрянь! – простонал Апостол. – Отравился я, не видишь, что ли?

– Тогда, может, пойти… того? – предложил Акбар, щёлкнув себя по горлу.

Апостол поправил галстук и приосанился, насколько мог с похмелья.

– Нет, мы этого делать не будем, – с нажимом сказал он. – Я на службе.

Акбар сообразил, что предлагать такое святому нетактично, поэтому молча повернулся и ринулся в магазин. На этот раз, придирчиво осмотрев все коньяки, он выбрал самый безукоризненный.

Апостол сразу почувствовал себя легче. Он даже смог без посторонней помощи выбраться из-за своего огромного стола и прошёлся по кабинету. А когда Акбар сбегал за лекарством во второй раз, глаза его приняли осмысленное выражение и он согласился снова пойти в ресторан. В приёмной возле секретарши тем временем уже толкалось много людей, желающих попасть на приём.

– Нельзя! – громко и твёрдо отвечала на нетерпеливые вопросы секретарша.

 – Начальник занят.

– А чего ж тогда этот туда-сюда к нему шастает? – поинтересовался кто-то, имея в виду Акбара.

– Он из ремонтной бригады, – вывернулась секретарша.

– Знаем мы этот ремонт, – не поверили посетители, – напиваться не надо с вечера.

На это рассерженная секретарша объявила, что начальник срочно убыл в министерство, и почти вытолкала всех из приёмной.

В течение ещё трех дней Акбар по утрам восстанавливал здоровье Апостола, а по вечерам напивался с ним в ресторане.

Причём толку от этого практически не было никакого. Апостол оказался крепким орешком, то есть оставалось совершенно неизвестным, когда он соизволит поговорить о деле.

Акбар всё больше мрачнел, а потом снова отправился к Пупу Земли.

– Нет толку, говоришь? – встретил его Пуп.

– Нет, – вздохнул Акбар. – Пьёт как лошадь, а потом болеет.

Непьющий и некурящий Пуп задумался.

– Есть один способ заарканить его. И сейчас мы это дело провернём.

Он набрал служебный телефон Апостола:

– Алло! Это кто?.

. А сам?.. Занят?.. Да, неотложное. Нет, только самому.

– Сказала: «Минуточку». Но что-то ничего не слышно, – зажав трубку, сообщил он Акбару.

– Трубку, наверное, взять не может… Или взял не ту. У него телефонов много.

Пуп нажал на рычажок и снова позвонил.

– Да, это опять я, – сказал он строгим голосом. – Что у вас там случилось? Почему сам трубку не берёт?

– Алло, ик! – наконец ответила трубка голосом Апостола.