Любовь к маленьким

Их тела наполнила приятная лень, лень – которой не нужно было бороться в яростной схватке желания, наоборот все движения были плавными и медленными. Ощущение того, что всё это происходит с ними впервые, не покидало ни на секунду, обнаженные Адам и Ева исследовали каждую частичку тела друг друга.

Прикосновенья губ тонкой паутинкой сплетало на теле каждого из них ловушку из невероятной страсти. Страсть сплетая тела то раскачивала их в качелях, то подвешивала над землёй в гамаке, потом вдруг разбрасывала в разные стороны на батуте сексуального восторга.

Словно дети, играющие в запретные игры, они поедали время и силы отпущенные свыше.

Изолированные от внешнего мира, лишённые груза воспоминаний прожитых лет и каждодневных амбиций под названием « Это необходимо сделать», «Нужно стремиться к успеху» – Всё это было отброшено и вот уже их блаженная близость переросла в любовь. Ярость сливающая тела в единый организм поработила настолько, что объединённое сознание уже давно потерявшее связь с внешним миром не замечало источников раздражения, а было всего лишь на всего подставкой для их восхитительного действа.

Грэйв не понимая эмоциональных команд нового хозяина, искрился испуская молнии и фейерверки, шипел и свистел. Электронный механизм по-видимому на свой лад пытался облагоразумить людей, но, в конце концов, устав или потеряв всякую логическую нить, включив защитный режим от перегрузок и самоуничтожения, стал наигрывать классические мелодии.

"Бесконечность тоже имеет границу, она всегда граничит с новой бесконечностью.

" С. А. Мордашев

Разум постепенно восстанавливал свои позиции, распластавшись на полу разгорячённые тела тяжело дыша, возвращались к реальности.

Машенькино взорвавшееся страстью тело, искрилось от мельчайших капелек пота под цветомузыку испускаемую Грэйвом. Восторг пережитого наслаждения не давал покоя её женской сущности. Девушка беспричинно смеясь, прижималась к мускулистому телу перебирая тоненькими пальчиками волосы на Андреевой голове и тихо, словно боясь испугать наслаждение нашептывала ему на ухо:

– Смешной, знаешь ты очень смешной, я когда увидела тебя первый раз, ты ещё вышел из этой громадной, чёрной машины, маленький такой смешной, как взъерошенный воробушек.

Такой взъерошенный, маленький… и серьёзный, мне тебя так жалко стало, ну вот, сразу надулся… Я же не знала, какой ты на самом деле… герой.

– Они нас найдут, так просто от них никто не уходит. Здесь даже моё геройство не поможет.