Искусство изменять

Я всего лишь сообщаю, каково им изнутри, это субъективные ощущения, которые стоит понять, но необязательно прощать. Есть большая проблема в том, что праведный гнев застит глаза и обманутый человек безуспешно задается вопросом: как?! как мой любимый в одночасье перекинулся в лживую дрянь и предал меня? Но с точки зрения изменника, он не предавал – и вникнуть в его переживания бывает полезно, хоть и безумно тяжело. Не то что бы они такие запутанные, но посмотреть в глаза ранящей чужой правде бывает неприятно.

Позвольте процитировать литанию Джендлина, учёного-психотерапевта:

What is true is already so.

Owning up to it doesn’t make it worse.

Not being open about it doesn’t make it go away.

And because it’s true, it is what is there to be

interacted with.

Anything untrue isn’t there to be lived.

People can stand what is true,

for they are already enduring it.

В вольном Гугл-переводе это звучит так:

Правда уже существует.

Признание факта не делает его хуже.

То, что вы не говорите о чём-то открыто,

не избавит вас от этого.

И поскольку это правда, вам придётся с нею

взаимодействовать.

Ложь нежизнеспособна, ибо не существует,

в ней невозможно жить.

Люди в силах выдержать правду, ибо они уже

в ней находятся.

И я, прошу заметить, иллюстрирую этой фразой абзац о лжи и отказе в ней признаваться. Логика тут есть, следите за руками.

В нашем случае правда – то, что лжец зачастую чувствует себя титаном, удерживающим на плечах благополучие обманутого партнёра.

Это правда о его глубоко субъективном самоощущении, как бы ни неприятно вам было это слышать. Признание того, что он так чувствует, не сделает его правым и никак не извинит. Если человеку трудно, это не значит, что он делает что-то хорошее.

Дело его тем безнадёжней, что ложь нежизнеспособна: чем более одна реальность отрывается от другой, тем меньше у него шансов как-то всё устроить, легализовать, выйти в безопасные воды, развести во времени и пространстве две свои жизни.

У некоторых получается прожить одну из жизней и закончить её, не потревожив вторую. Но редко.

Примите, пожалуйста, эту правду об обманщиках – она вас ни к чему не обязывает, но она существует.

Уф, это было непросто. Как вы понимаете, ровно ту же цитату я с лёгкостью могла бы использовать для обоснования необходимости срочного признания в супружеской неверности тех, кто ещё не. Но такой задачи у меня не стояло.