Рассеянная жизнь

А у Нико в доме без неё становилось пусто, пустее обычного, будто она не только уходила, но и уносила с собой что-то его, личное. Так что однажды созвонились вечером, и Нико сказал небрежно, как и всегда, когда надумал нечто важное:

– Может, переедешь ко мне?

Поль, конечно, ждала этого предложения, чего уж кривляться. Она жила на съёмной квартире, а у него была своя, хоть и в жопе мира, но вдвоём это нестрашно. Когда ты не в поиске – отношений, работы, успеха, – жить можно где угодно. А в столицу наезжала бы по делам время от времени, да и к маме поближе.

Пока она соображала, Нико заметно напрягся, не привык он, чтобы женщины раздумывали так долго, и на всякий случай сдал назад:

– Хотя идея дурацкая, вдруг перегрызёмся на одной территории.

– Нет, почему же, это же здорово, я просто прикидываю по срокам – аренда у меня шестнадцатого истекает, но предупреждать надо за месяц и в порядок тут всё привести…

Он уже слегка пожалел, что начал этот разговор, а тут ещё Поль добавила:

– Тогда, наверное, на той неделе нам надо будет к маме заехать?

– Ээээ… А это ещё зачем?

– Как же, барин, вы же меня вроде как замуж зовёте, без маменькиного благословения нельзя.

У вас товар, у нас купец, у вас куничка, у нас охотник…

– Не-не-не, замуж я не звал, вот не надо! Блин, рта не открой, уже женатый. – Он смеялся, но и в самом деле почувствовал нарастающее раздражение. И так выкрутила его, да ещё и дальше прогибает.

– Замуж, миленький, я за тебя и не собиралась, – Поль стало слегка обидно.

 – Я слишком молода для этого, а ты, увы, не мальчик.

(Нико был моложе неё на несколько лет, и они постоянно шутили, что он стареет, а она и не собирается, молода, как вампирша.)

– Но надо же маму оповестить, радость-то какая, остепенилась, переезжаю к мужику. Было бы вежливо.

– Ты и оповести, без меня.

– А чего, старушку испугался? Она тихая стала на восьмом десятке, не съест.

– Да понимаешь… – Он поискал слова, но махнул рукой и сказал как есть, не щадя: – Так-то взяла чемодан и переехала ко мне, не понравилось – разбежимся.

А если я к маме приду тебя забирать, то вроде как обязательства взял, должен жить. А я не хочу обязательства. Ты ведь…

Он замялся и Поль стоило большого труда сохранить доброжелательную улыбку. Она желала дослушать до конца.

– Ты не та женщина, с которой я уверен, что всю жизнь проживу. Знаешь, бывает, что увидел и понял – она. Не, пойми правильно, мы, может, и проживём, мне с тобой хорошо очень.