Истории с рюшами и без

«Бух!» – именно с таким громким стуком следовало расколоть крепкий орешек по прозвищу Брют.

С орехами она обычно справлялась влёгкую. Получая посылки из Сибири с маленькими тёмно-коричневыми пульками, вся семья превращалась в белок и дружно грызла кедровые орешки. Даже соревнования устраивали, кто быстрее сгрызёт стакан орехов. Побеждала всегда она.

Фундук они с братом кололи в чесночнице, а грецкие орехи зажимали дверью со стороны петель. Если надавить с нужной силой, а потом аккуратненько убрать осколки скорлупы и перегородки, то в руке оказывался неповреждённый ореховый «мозг» с извилинами.

Они обычно делили «мозг» поровну: брат забирал левое полушарие, а она – правое. Иногда одна половинка оказывалась высушенной, и она скармливала «мелкому» сладковатую бесформенную корочку.

Вид настоящих лесных орехов, однажды появившихся в доме благодаря приезду маминой сестры с огромными баулами, набитыми всяческой снедью, её разочаровал.

Она ожидала горы орешков с золотыми скорлупками и ядрами из чистого изумруда, как на картинке из книжки, зачитанной до разорванных страниц.

Ещё большее разочарование её ожидало позднее, когда во всемирной паутине кто-то с высоты полной осведомлённости и всеобщей информированности заметил: существует только один вид орехов с изумрудными ядрами, и это фисташки!

То, что белочка пела в лесу под елью, на которой растут шишки, умный «кто-то» не обратил внимания.

И правильно сделал! Еловые орехи… Почему-то она никогда не видела и не пробовала еловых орехов. Даже не знала, есть ли такие на свете. Зато была убеждена: белочке такие орешки нравиться не могли!

Арахис в сахаре, насыпанный в маленькую хрустальную вазочку, по вечерам перекочёвывал на столик перед диваном… Любимый сериал про доктора Хауса уходил по одной арахисенке в минуту и оттого становился ещё любимее.

Однажды в маленьком городке, под Питером, она вышла по пешеходной улочке к рынку. Было около четырёх часов пополудни, продавцы убирали нераскупленный товар, двери лавочек и ларьков закрывались одна за другой, её никто не воспринимал как покупателя… да она и не собиралась ничего покупать, радуясь прогулке как неожиданному продолжению экскурсии. Внезапно она остановилась, привлечённая стеклянной витриной.