Гусариум

А случись, что ты шотландец, которого почему-то все называют немцем? И идёт война, и происхождение твоё ставит под сомнение твой же патриотизм? Да что патриотизм – ум, знания, умение предвидеть события и строить стратегию. Наконец, личная храбрость и решительность – всё под большим сомнением. Это ли не самый тяжкий груз на душу командира?

– Понимаю, все вы ждёте решительного сражения. Но мне нужно подумать, – упрямо сжал губы Михаил Богданович. На его крутом лбу с огромными залысинами выступили капельки пота.

– Сейчас мы имеем наиболее благоприятное расположение противника, ваше высокопревосходительство, – прогудел Остерман-Толстой. Четвёртый пехотный корпус генерал-лейтенанта славился своими боевыми настроениями. И офицеры, и солдаты корпуса рвались в бой, готовы были гнать французов обратно к Неману безостановочно. Да и многие другие тоже… – Силы Наполеона растянуты от Могилёва до Витебска, от Рудни до Орши. Передушим как куропаток одних за другими!

– Армии соединились, нет больше повода откладывать ответный удар, – поддержал генерал от инфантерии Дохтуров.

Его Шестой пехотный корпус тоже рвался в бой. – Нижние чины ропщут, солдаты устали отступать. Если не остановимся сейчас, будем драпать до Москвы. Этого невозможно допустить!

– Поэтому мы настаиваем, Михаил Богданович, – опять протянул бумагу Ермолов. – И я, как начальник штаба, и все мы, здесь присутствующие – настаиваем: или наступление, или подпишите прошение.

Барклай-де-Толли принял плотный лист бумаги покалеченной рукой.

Прошёл к столу, припадая на повреждённую в боях ногу. Поднял усталые глаза на генералов:

– Я оставляю за собой право на решение до утра, господа. Сейчас ступайте, но к рассвету будет либо приказ по армии о наступлении, либо я подпишу сию петицию.

Генералы покинули кабинет. Командующий кликнул адъютанта Сеславина. Тот явился тотчас – лихо закрученные усы, умные глаза. Один из немногих верных людей, что не шепчут в спину «трус» и «изменник».

– Распорядитесь подать воды, Александр Никитич.

Жарко, сил нет. Или, постойте, лучше чаю. Только холодного и без сахара. Спать сегодня вряд ли придётся…

Ночь словно непроницаемым пологом накрыла Смоленск, и казалось, даже раскалённый воздух просачивается через этот полог еле-еле. Душная ночь с 7 на 8 августа 1812 года.

Оператор откинулся в кресле. Удобная функциональная игрушка принимала форму тела и легко скользила вдоль длинного пульта, повинуясь мысленному посылу седока.