Кинжал с мальтийским крестом

Лив боялась в это поверить, но нежное тепло, разливавшееся в груди и пресловутые «искры», яснее ясного подтверждали, что её догадка верна.

«Господи, не дай мне погибнуть и наделать ошибок тоже не дай! Если я не могу избавиться от своей любви, помоги мне хотя бы скрыть её», – мысленно взмолилась Лив.

Добравшись до дома, Лив кинулась переодеваться. Ей так хотелось сегодня быть красивой, а нарядных платьев у неё осталось раз-два и обчёлся, и она решилась на неслыханную прежде вольность – позаимствовала без разрешения платье из гардеробной старшей сестры.

Эффект оказался сногсшибательным: аквамариновый шёлк оттенил глаза Лив, а роскошный «взрослый» фасон подчеркнул достоинства её гибкой фигуры. Верная наперсница Саня, быстренько убравшая лишнее в боковые швы прямо на хозяйке, пришла в неописуемый восторг и тут же предложила:

– Нужно бы все наряды Веры Александровны сюда перенести. Зачем им впустую висеть, а то выйдут из моды, и деньги, плаченные на Кузнецком Мосту, пропадут.

В словах горничной был свой резон: средств не хватало, а мода менялась быстро, но сейчас Лив волновало другое.

– Потом всё обсудим, – заторопилась она. – Обнови причёску, только не вынимай шпильки, я спешу.

Саня аккуратно заправила в узел на макушке выбившиеся прядки, расчесала и вновь закрутила в тугую спираль чёрные локоны и залюбовалась.

– Очень красиво! – провозгласила она, и Лив с ней мысленно согласилась.

Впрочем, времени любоваться собой уже не было. Все домашние ждали в столовой.

Ещё чуть-чуть – и нарвёшься на выволочку от Евдоксии. Лив побежала вниз и, затаив дыхание, вошла в столовую. Но всё обошлось – баронесса промолчала, а Лив прошла к столу и села на единственное незанятое место. К её удовольствию, оно оказалось рядом с Александром.

– Наконец-то все в сборе, – изрекла баронесса и тут же с явным наслаждением вонзила когти в Лив: – Какое прелестное платье, дорогая! Я его у тебя ещё не видела.

Какой позор! Быть пойманной за руку на глазах у кузена! Лив тут же решила, что лучше проглотит свой язык, чем признается, откуда взяла наряд, но, на её беду, вмешалась тётка Алина.

– Это Верочкино платье? Правда, Лив? Как хорошо, что ты догадалась его надеть, оно очень тебе идёт.

– Практичная мысль, – снизошла до похвалы баронесса. – Вера беременна. Пока она родит, пока восстановит фигуру – мода уже изменится, а Лив успеет поносить красивый наряд. Нужно завтра же пересмотреть все платья Веры и подогнать их на Лив.