Игры скорпионов

Тайные планы

«Получится или нет?» – Долли все-таки сомневалась в своих способностях убедить домашних разрешить ей разводить лошадей и решила для начала опробовать свои аргументы на крёстном.

После рощи (на развилке дорог) она повернула к Троицкому и теперь гнала Лиса через поля к знакомому снежно-белому дому. Барон Тальзит – друг и ровесник покойного отца княжон – так и не обзавёлся собственной семьёй, поэтому к своим крестницам Долли и Ольге относился с отеческой нежностью. Девочки отвечали Тальзиту такой же любовью, а его двухэтажный дом в Троицком считали почти что родным.

Долли остановила Лиса у крыльца, ловко соскочила на верхнюю ступеньку и, передав повод дворовому мальчишке, направилась в кабинет хозяина дома. Александр Николаевич сидел за дедовским письменным столом. Сумрачное выражение лица, столь не свойственное этому светлому человеку, удивило Долли, но лезть в душу барону она не стала и поздоровалась как ни в чём не бывало:

– Добрый день, крёстный. – Она, наклонившись, поцеловала Тальзита в подёрнутую сединой каштановую макушку.

– Здравствуй, ранняя пташка! – Александр Николаевич явно обрадовался.

Морщины на его лбу разгладились, а в серых глазах даже мелькнули смешинки.

– Ты опять заставила своего Лиса лететь, как ветер?

– Его не надо заставлять, нужно просто не мешать, и Лис полетит быстрее ветра, – отозвалась Долли. – Ну а как у вас дела?

Александр Николаевич вновь опечалился:

– Ох, прямо не знаю, что и делать! Получил депешу от племянницы Сони, та хочет прислать ко мне своих дочек.

Сама она собралась за границу, а оставлять Мари и Натали одних боится. Я написал, что буду рад, но теперь…

– А что случилось? Почему вы беспокоитесь? – удивилась Долли.

Новость о приезде внучатых племянниц крёстного её обрадовала: княжны Черкасские давно дружили с этими весёлыми и жизнерадостными барышнями. Вот только барон совсем не разделял девичьих восторгов.

– Вчера перекупщик из уезда приезжал за яблоками, так он божился, что в округе пропали уже две девицы – совсем молоденькие, по пятнадцати лет, – вздохнул Тальзит.

 – Вот я и боюсь – вас же, молодых, дома не удержишь, а вдруг с Сониными дочками что-то случится…

Долли стало даже как-то неловко за крёстного: взрослый человек, а говорит такие глупости.

– Ничего с ними не случится. Я сама буду следить за девочками! – пообещала она.

– Милая моя, а за тобой-то кто проследит? – ворчливо отозвался Тальзит. – Ну, посмотри, как ты себя ведёшь: скачешь по лесам одна.