Облачные дороги

Однако Лун уже по привычке принимал любую пищу, которую ему предлагали, лишь бы выглядеть таким же, как все. И Илейн почти никогда не готовила, так что он считал, что ради Селис должен поощрять девушку, когда это случалось.

От воды шел пар. Илейн налила ее в покрытый красной глазурью керамический горшок, принадлежавший Селис, а затем передала Луну чашку.

Селис высунула голову из шатра. Растрепанные волосы обрамляли ее лицо.

– Что ты… – Она увидела Луна и выругалась, а затем запоздало прибавила: – А, это ты.

– Хочешь чашку чайного отвара? – невозмутимо спросила Илейн.

– Нет, я хочу спать, – с нажимом сказала Селис и снова исчезла за пологом шатра.

Чайный отвар отдавал тростником больше, чем обычно, но Лун остался и выпил его вместе с Илейн. Он слушал, как она рассказывала о любовных похождениях почти всех других жителей лагеря, а он тем временем вовремя кивал и обдумывал, что завтра утром сказать Даргану. Хотя он слегка удивился, услышав, что Кават спал с двоюродной сестрой Селис, Денирой.

Он не помнил, как уснул.

Глава 2

Лун не столько проснулся, сколько к нему постепенно вернулось сознание. Он словно спал и видел похожий на явь сон, один из тех, где тело не слушалось его, как он ни пытался им пошевелить. Обычно в таких снах у него рано или поздно получалось вздрогнуть и от этого проснуться на самом деле, но на этот раз ничего не выходило.

Наконец он пришел в себя достаточно, чтобы понять – он лежал на животе, наполовину уткнувшись лицом в толстое войлочное одеяло, пахнущее травами, которые Селис использовала для стирки всех вещей.

Его горло пересохло, а тело болело так, как никогда прежде – небольшие искорки боли пробегали по его позвоночнику и по нервным окончаниям растекались к рукам и ногам. Запаниковав, он инстинктивно попытался перевоплотиться, но через миг осознал свою ошибку. Заболев в одном обличье, он останется больным и в другом. А еще он видел дневной свет, пробивавшийся сквозь стену шатра, так что снаружи кто-нибудь мог его заметить.

Однако ничего не произошло.

Он так и остался в своем земном облике.

«Не получилось. Я не могу…» – Он снова попытался. И снова ничего. Его сердце забилось в панике. Он был болен или попал в магическую ловушку, подцепил остатки какой-нибудь заразы, которая убила обитателей небесного острова.

Снаружи шатра, поблизости, послышались голоса: Селис, Даргана и кого-то еще. Илейн среди них не было. С усилием, от которого у него закружилась голова, Лун поднялся на локти.