Облачные дороги

– Я пытался тебя поймать, – подчеркнуто поправил его оборотень. – Просто хотел рассмотреть тебя поближе. – Его взгляд оценивающе скользнул по Луну.

«Он стар», – подумал Лун, не зная, что именно во внешности незнакомца сказало ему об этом. Он был намного старше, чем казался в своем земном обличье. Почти все в нем поблекло и стало серым – кожа, волосы, одежда. На нем была свободная рубаха с закатанными рукавами, штаны из какого-то материала погрубее, тяжелый кожаный пояс с сумкой и ножнами. Незнакомец сказал:

– Я – Утес из двора Тумана Индиго.

Лун оттолкнулся от парапета, все еще пошатываясь на ногах. Он никогда не слышал о таком месте – если речь вообще шла о месте.

– Ты убьешь меня или просто оставишь здесь?

– Я не собирался делать ни того, ни другого. – Утес шагнул прочь, отвернулся и пересек крышу. На грязных плитах лежал тяжелый кожаный мешок, груда сломанных веток и куски дерева. Скорее всего, Утес прятал припасы где-нибудь в башне, и его впечатляющее перевоплощение и исчезновение были нужны для того, чтобы слетать и за ними, и за деревом.

 – Так чем тебя опоили?

– Они сказали, что это яд, который действует только на Сквернов. – Лун настороженно пошел за ним. Раньше он уже встречал других оборотней. Как-то он столкнулся в Цинте с теми, кто мог перевоплощаться в огромных хищников, похожих на волков. Они тоже пытались его съесть. Но он никогда не слышал об оборотнях, которые умели летать. Если только не считать Сквернов. Но Утес не был Скверном. «О том, что он оборотень, ты тоже не догадывался», – напомнил себе Лун и вслух сказал: – А я не Скверн.

Утес приподнял брови:

– Я заметил. – Он сел на пятки, ломая дерево, чтобы сложить костер. Как и Лун, он был босой. – Яд, который действует на Сквернов? Я о таком никогда раньше не слышал.

Лун осторожно опустился на пол и сел в нескольких шагах от него, поморщившись от боли в спине и плече. Парапет немного защищал от холодного ветра, но тонкая материя его промокшей от пота одежды, хорошо служившая Луну в теплой долине, здесь не спасала вообще.

Раз Утес не убил его до того, как яд перестал действовать – если он вообще перестанет действовать, – то… Нахмурив брови, Лун посмотрел вниз, на свои руки, все еще покрытые призрачным чешуйчатым узором, видневшимся под его бронзовой кожей.

«О, я все понял, – угрюмо подумал он. – Просто хочет помочь, значит. Ну конечно».

– Почему они на тебя ополчились? – Утес разломал мелкие веточки для розжига.