Принцесса Побережья

– Элла Доминика, немедленно вернись! Правитель будет ужасно недоволен! —прокричала ей вслед госпожа Эрминия и, подобрав полы длинной юбки, с неожиданной для её габаритов лёгкостью, побежала за девушкой.

На этот раз Советник Бикс успел отскочить к стене и избежал очередного столкновения с несущейся на него принцессой, однако это не спасло его от летящего следом давила, представшего в обличье многоуважаемой управительницы. Пытаясь спастись от падения, Бикс ухватился за пухлую ручку госпожи Эрминии, но при этом неудачно наступил ей на подол, и они вдвоём покатились по полу.

– Кандерат! Задержи эту маленькую негодницу! – завопила управительница, пытаясь одновременно выпутаться из собственной юбки и скинуть с себя пыхтящего Советника. – Поймай мне её!

– Ай-ай, Элла! – толстый, абсолютно лысый, но зато обладающий самыми шикарными в городе усами, Главный повар Кандерат отошёл от огромной плиты.

– Не время болтать, Кандерат! – Элла откинула назад упавшие на лицо волосы. – Выпусти меня отсюда!

– Да ведь разве я тебя держу? – повар насмешливо вздыбил усы. – Ведь дверь, в которую ты вошла – за твоей спиной.

Элла вспыхнула.

– Здесь же есть запасной выход!

– Конечно, есть, – Кандерат хитро улыбнулся и похлопал себя по бедру. – Но он закрыт, а ключ – в кармане вот этих штанов.

– Так дай мне его!

– Но куда ты торопишься, красавица? – Кандерат приподнял лохматые брови и сразу напомнил Элле плешивого грифа, чья голова висела в кабинете её отца. Это был первый охотничий трофей Правителя, который он добыл, будучи ещё мальчиком девяти календарей от роду. – Куда ты так спешишь? Во дворце намечается званый обед. Будет восемь видов десерта и твоя любимая баранья ножка под соусом из свежих лимонелов.

– Хватит заговаривать мне зубы, старый хрыч, – насупилась принцесса.

Лицо Кандерата вытянулось.

– Ай, Элла-Элла! – главный повар осуждающе потряс усами. – Неужели это моя малышка Элла, для которой я всегда оставлял самое вкусное печенье и самое сладкое молоко? Вай, люди, горе старому Кандерату!

Толстяк воздел руки к небу, продолжая сетовать и призывать окружающих к сочувствию. Элла недоумённо следила за ним взглядом и едва не попалась на уловку.