Сегодня война

Первыми не выдержали нервы на той стороне. Одна из «Брэдли» выдала очередь, и с деревьев полетели подрезанные ветки. Заметил ли кого наводчик или просто бил для острастки, чтобы не стоять мишенью, кто его знает?

Следующим выстрелил танк. Снаряд ударил по опушке, вздыбил землю, и опять на какие-то секунды все стихло.

Кое-кто из наступающих пехотинцев тоже выпустил по несколько пуль в сторону леса, только после грохота танковой пушки это совсем не впечатляло.

– Да где эти боги войны? Спят, что ли? Самое время, пока мы не ввязались в бой.

 – Капитан долго всматривался в бинокль, а потом выдохнул: – Кажется, есть.

– Что есть?

– Командир у них. Если не ошибаюсь, вон тот, чуть позади. Сейчас Комару скажу. – Бывший уголовник расположился не так далеко от КП. – Эх, как не было у нас нормальной связи, так и сейчас нет! Вот как долбанут для профилактики из всех стволов, и что будем делать?

Сказал как в воду глядел. Атакующая цепь залегла, и в ту же минуту автоматические пушки бээмпэшек замолотили по опушке.

Это была не прежняя одинокая очередь. Стреляли все, и даже самые смелые из ополченцев вжались в окопчики, а кое-кто уже попытался отползти. Ну, и кому-то не повезло, не без этого. Конечно, двадцать пять миллиметров – не бог весть какой калибр, крупное дерево не снесет, а вот человека убивает легко. Отрывает руки, ноги, головы, превращает в кровавое месиво – в зависимости, куда попадет. И даже нет единственной радости солдата: умирая, убивать в ответ. Что сделаешь обычным автоматом против застывшей вдалеке бронированной туши? Даже из пулемета не достанешь.

Максим скукожился на дне, благодаря судьбу, что не поленился, выкопал себе убежище на славу. Серанцев, напротив, попытался вскочить, но рядом что-то просвистело, врезалось в ствол и лишь каким-то чудом не задело ополченца. Зато вместо бега Сергей сразу упал, прикрыл голову руками, будто руки были покрыты броней, а не рукавами формы.

– Да спят эти боги?! Либераса их мать через тридцать три колена! – Александр выругался.

Впрочем, не забыв сразу после этого сделать торопливую затяжку.

Ближе к выстроившейся бронетехнике земля украсилась разрывами. Тут был другой калибр, сто пятьдесят два, не меньше, и теперь все удовольствие досталось только что чувствовавшим себя хозяевами положения экипажам. Стрельба со стороны машин почти сразу утихла. Достать далекую артиллерию не могли бы и танки.