Поправка на ветер

Медицине известны случаи, когда некоторым гениям удавалось даже кому изображать достаточно убедительно, но к нам такие таланты вряд ли попадут…

* * *

В список Марусиных обязанностей входили и ночные дежурства – два-три в месяц. Очередное дежурство выпало на следующую ночь после пожара в их квартире.

Обычно ей во время дежурства удавалось и чайку попить с дежурным персоналом, и вздремнуть пару часиков на кушетке в кабинете, но бывало и так, что из-за какого-нибудь ЧП в госпитале всю ночь не смыкали глаз.

Был случай, когда с аэродрома привезли пять человек, половину наряда из солдатской столовой, с пищевым отравлением, их пришлось всю ночь выхаживать, а потом еще неделю отписываться в разные инстанции о причинах происшествия.

В этот раз в госпиталь позвонили и сообщили, что везут с дальних складов с боеприпасами караульного с переломом ноги. Пока солдата везли, Маруся отправила посыльного и вызвала в госпиталь начмеда Воронова: переломы и травмы относились к его компетенции.

Солдат был без сознания.

Когда разрезали и стянули сапог, оказалось, что случай не из легких – открытый перелом, кость раздроблена, нужно собирать по кусочкам.

– Молодец, Маруся, вовремя сориентировалась и правильно сделала, что вызвала меня, надо срочно оперировать, – с благодарностью глянул на нее Воронов.

Он назвал ее по имени, а не по фамилии, как обычно, – это означало, что ситуация его всерьез обеспокоила.

Солдатик в сознание не приходил, жар усилился, начался бред. Сделали рентген и повезли его в операционную.

Воронов с медсестрой побежали следом.

– Как это произошло, можете рассказать? – раскрывая тетрадь дежурного по госпиталю, спросила Маруся прапорщика, который привез бойца.

– Да странная какая-то история. – Прапорщик переминался с ноги на ногу. – Начальник караула к утру напишет подробный рапорт, но предварительно мне рассказал, что часовой стоял на посту, охранял склад с боеприпасами, потом вроде увидел кого-то, проникшего на объект, сделал предупредительный выстрел, погнался за нарушителем, сделал еще несколько выстрелов, но провалился в заброшенный каменный колодец.

Там его начальник караула и нашел. Выстрелы и крики слышал часовой с соседнего поста, но видеть ничего не видел. Следов проникновения на пост не обнаружили, ограждение не нарушено. Вроде бы боец ненадолго приходил в сознание и успел сказать начальнику караула, что нарушитель, – прапорщик запнулся, – «был белый, летучий и улетел в сторону леса».