Небесные глаза. Ретагор

Легкое на вид движение нанесло тому серьезную рану, он пошатнулся и опрокинулся на бок. Второй тем временем кинулся на Ретагора сам, вооружившись похожим кинжалом и маленьким круглым щитом, который он выставил вперед, отражая им удары мечом противника. При этом он пытался своим кинжалом поразить Ретагора, однако это продолжалось недолго – сказалась разница в мастерстве. Ретагор сделал ложный выпад, отвлек этим внимание соперника и ударил его другой рукой кулаком по лицу. Удар оказался настолько силен, что грабитель опрокинулся навзничь, вторым и третьим ударами рукояткой меча Ретагор оглушил его.

После этого он оттащил всех троих, одного убитого и двух раненых, но потерявших сознание нападавших, подальше в кусты и бегом вернулся к монаху. Он не хотел, чтобы его нашли те, кто шли (если шли) на подмогу этим четверым, поэтому намеревался отнести его в сторону далеко от их пути следования. На погребение времени не оставалось, но он не мог не сделать своему бывшему попутчику и нанимателю того малого, что было в его силах.

Ретагор нырнул под сень веток бузины и склонился над телом монаха. Каково же было его удивление, когда он увидел, тот все еще жив, дышит и даже открыл глазами.

– Держитесь, – восхищенно проговорил он, продевая руку под шею духовника, чтобы приподнять и постараться выволочь его на открытое, более освещенное место. Там можно будет рассмотреть рану и попытаться что-то сделать. – Сейчас я вас вытащу.

Но монах захрипел и из последних сил отбросил руку Ретагора, а затем неожиданно ясным взглядом посмотрел на него.

Тот знал, что рана монаха безусловно смертельна, потому что стрела пробила его тело в непосредственной близости от сердца, а потому с восхищением смотрел на то, как он борется со смертью. Но поведение монаха его сильно поразило.

– Не противьтесь, вы выкарабкаетесь. – И снова попытался приподнять грузное тело Анура.

– Брось! – Его тихий шепот сопровождался хрипом и свистом, а когда он заговорил, изо рта хлынула кровавая пена.

Плохо дело, подумал Ретагор, шансов никаких.

Монах не хуже него знал это. Тогда почему он так старательно цеплялся за жизнь? Анур очень скоро ответил на этот вопрос.

– Я не видел, но я слышал и понял, что ты доблестно сражался с этими негодяями, – проговорил он. Слова давались ему с трудом, между ними зависали долгие промежутки, но он очень старался, и Ретагор понял, что ему есть, что сказать. – Хотя мог согласиться на их условия. Ведь ты думал, что я мертв.