Небесные глаза. Ретагор

О будущем с Арлетт? А почему бы нет?

Он не заметил, что Арлетт уже дважды его окликала.

– Что? Что ты сказала?

– Говорю, смотри, какой странный человек, – тихо проговорила Арлетт, толкнув его локтем в бок и кивая головой в сторонку. – Одет богато, а ведет себя странно.

Ретагор посмотрел, куда она указывала, и внутренне ахнул. Сначала внутренне, а потом не смог сдержаться и коротко вскрикнул.

– Что с тобой? – взволнованно спросила Арлетт.

– Это тот человек, с которым я встречался ночью, – ответил Ретагор.

Он смотрел на Харника, и все больше и больше понимал, почему Арлетт обратила на него внимание. Харник был действительно одет с неприкрытой роскошью, в расшитый яркий плащ, под которым виднелся алого цвета бархатный камзол, однако при этом вел себя странно и неподобающе. Сначала Ретагор решил, что он пьян, потому что шел шатаясь и то и дело цепляясь за все, что попадалось под руку, стены, ограду последнего на улице дома, а когда она кончилась, то сделал несколько шагов, а затем упал на одно колено и опустил голову.

– Он ранен! – воскликнул Ретагор и кинулся к Харнику, увлекая за собой девушку.

До Харника оставалось шагов десять, и он преодолел их так быстро, как только мог, и через несколько мгновений уже склонился над тем. Харник все еще стоял на одном колене и безуспешно пытался подняться. Что же это такое – с кем я не встречусь, со всеми что-то случается, мелькнуло у Ретагора в голове.

– Харник, что с вами? – спросил он, наклонившись к раненому.

Арлетт стояла рядом, растерянно глядя по сторонам, но никому, казалось, не было дело до этого человека, средь бела вдруг упавшего на колени и не могущему с них подняться. Люди шли парами, группами и не обращали на них никакого внимания.

– Это я, Ретагор. Вы можете подняться? – Он подхватил Харника рукой под грудь, чтобы не дать ему упасть, если он потеряет силы или равновесие, и, видя, что тот даже не отвечает, стал медленно его приподнимать, чтобы поставить на ноги.

И вдруг, когда тот слегка приподнялся, и его голова оказалась на уровне глаз Ретагора, тот увидел, что затылок у него в крови, светлые волосы намокли и на затылке стали темнеть. Рана свежая, совсем свежая, кровь еще не запеклась, подумал Ретагор и, подхватив Харника, продел руку ему под мышку с другой стороны и аккуратно отвел немного в сторону. Здесь никто не ходил, и Ретагор опустил Харника на траву, прислонив к задней стене какого-то деревянного строения.