Основание

Супруге Энни и все еще жившей с родителями Синтии не нужно было объяснять, что, когда отец поступает подобным образом, ужинать матери с младшей дочкой придется в одиночестве. На этот раз дело пошло дальше обычной, разорванной на части вечерней трапезы. Приехал их зять, Джонатан. Энни пришлось оставить дочь за столом, подняться наверх и постучать в дверь супруга-затворника:

– Уил, слышишь? Приехал Эдванс. Ужинать отказывается, спешит домой и спрашивает, как у тебя прошел первый день на службе? Что я могу ему ответить? Я ведь и сама этого не знаю.

Слышишь? Мы все, Уил, не знаем. Ну же, хватит прятаться, мистер старшина, – Энни улыбнулась, – выйди, поговори с нами.

– Нет, – всхлипнул за дверью расстроенный супруг, – мне нужно побыть одному, впрочем, позови сюда Джо. И, пожалуйста, дай ему бутылочку наливки и что-нибудь перекусить. Жутко хочется есть.

– Ты что это там? – сдвинула брови Энни. – Пьешь?

– Дорогая, – пробасил Шеллоу Райдер, не открывая двери, – если бы я здесь ел, то не просил бы тебя принести еды, верно? Конечно, пью.

Позови зятя, и сделай то, что я просил.

– Вы, – продолжала выглядеть строгой супруга, будто Уил мог сейчас видеть ее, – сильно не напивайтесь, слышишь? Тебе завтра на службу. Что скажут люди, Уилли, если новый глава совета старшин начнет ходить на рынок навеселе? – Энни легонько похлопала ладошкой по двери.

Не получив ответа, она поправила сползающую с плеча шаль, добавила света в светильнике и стала спускаться.

Вскоре ее место у двери занял зять Эдванс. Он присел, поставил на пол небольшой деревянный поднос с графинчиком наливки, закуской и постучал.

– Уил, – откашлялся отставной офицер секретного приказа короля, – это Эдванс.

Шумно отошла в сторону задвижка, и дверь приоткрылась. Джонатан поднял поднос и вошел в комнату, в которой выросла его Мериан. Уилфрид, не дожидаясь приветствий зятя, отошел к окну. На подоконнике стоял вытянутый глиняный кувшинчик, в каких обычно в местных пабах продавали на вынос ром.

– Я почти все выпил, Джо, – утирая мокрый нос, плаксиво заявил великан Шеллоу Райдер, – прости.

Эдванс поставил поднос на подоконник, затем вернулся, забрал от двери лампу, запер дверь, поставил светоч на пол и, плеснув в кружки наливки, протянул одну из них тестю.

– Что происходит, Уил? – спросил он. – Ваше состояние тревожит меня. Как бы мне не пришлось сегодня здесь заночевать.